◄ Назад
▲ Вверх
▼ Вниз

⇈ Религия эзотерика философия анекдоты и демотиваторы на форуме о религиях ⇈

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



"Тысячеликий герой" - Кэмпбелл

Сообщений 21 страница 24 из 24

21

Космические Легенды Востока - Стульгинскис

"Книга представляет собой авторизированный сборник космогонических и исторических мифов, легенд и преданий эзотерической (главным образом индийской) традиции в изложении основных теософских источников конца XIX - первой половины ХХ в а также является увлекательным популярным изложением основ эзотерической философии"


Полностью - тут:
http://naturalworld.ru/kniga_kosmichesk … ostoka.htm

http://s56.radikal.ru/i153/1303/85/4cb1f18cc3fd.jpg

Свернутый текст

говорится о "Едином в его дыхании без вздоха" и о "Нерушимом Вечном Дыхании, незнающем себя".

Страдание есть главный учитель человечества.

Владыки Кармы не вознаграждают и не наказывают. Они только приспособляют собственные силы человека идущие из его прошлого, так, чтобы его карма содействовала его движению вперед в эволюции. Что бы ни дали Владыки Кармы человеку - радость или горе, благополучие или несчастье - они имеют в виду только истинную цель человека, которая на настоящей его стадии состоит не в том, чтобы быть счастливым или несчастным, но чтобы прогрессировать по линии, намеченной Планом Эволюции.
Так Владыки Кармы распределяют карму людей. С бесконечным состраданием и с беспредельной мудростью, но не отступая ни на волос от справедливости,
Их единственная забота - подвести человека на шаг дальше по пути эволюции.

Устремляясь, мечтая, думая, желая, действуя, мы приводим в движение силы всех трех миров. С каждым поступком, с каждым желанием и с каждой мыслью человек меняет свое отношение к Космосу и отношение Космоса к себе.
В сущности, вся карма имеет свое начало в мысли человека. Карма творится, утяжеляется и облегчается главным образом мыслями. Мысль - наиболее могучий фактор в создании кармы. Именно наши побуждения и мысли творят карму, а поступки - факторы второстепенные. Мотив гораздо важнее, чем сам поступок. Поэтому люди слагают большую карму не внешней, а внутренней жизнью. Внутрення жизнь влияет на карму во сто крат сильнее.

Отпор врагу, нанесенный без злобы в сердце, по существу, во сто крат мощнее.

* Зеркало дьявола - символ привязанности человека к своей личности. Тогда как божественный микрокосм отображает макрокосм, дьявольское зеркало отражает лишь самость.

Обрести психическую энергию
   
Психическая энергия есть истинная дочь Огня! Каждый восторг уже отлагает крупицу сокровища. Каждое восхищение перед прекрасным собирает зерна света. Каждое любование Природою создает луч победы. Так, восхищение будет кратчайшим путем к накоплению психической энергии. . Рассадник прекрасного сада огненной энергии - в радости о прекрасном, но научитесь вмещать эту радость света. Научитесь радоваться каждому листку, проснувшемуся к жизни. Научитесь, как зазвучать центрам к зову радости. Научитесь понять, что такая радость не есть безделье, но жатва сокровища. Научитесь собирать энергию радостью, ибо чем же соединим нить дальних миров!
Выработка в себе постоянного, ничем не сломимого устремления к Свету во всех его проявлениях будет развитием психической энергии. Психическая энергия есть любовь и устремление.

Если мысль - энергия и она не разлагается, то сколь ответственно человечество за каждую мысль!

http://s020.radikal.ru/i709/1303/d1/166b19aba322.jpg

0

22

Бон (Древняя тибетская религия) -  Б.И.Кузнецов

Полностью - тут:
http://www.e-reading.club/book.php?book=1028577

http://savepic.ru/13346975.jpg

Свернутый текст

Кузнецов Б.И.
БОН (древняя тибетская религия)
До сих пор в Тибете, наряду с «желтой верой» — ламаизмом, существует и учение бон, с той лишь разницей, что борьба между этими религиями больше не влечет за собой ни гекатомб из человеческих тел, ни потоков крови. Однако все это имело место в первые века проникновения буддизма в Тибет (VII-XI вв.).
Согласно буддийскому догмату, убийца ни при каких условиях не мог войти в нирвану, а убивать врагов буддизма было необходимо. И тогда была предложена концепция, согласно которой человек, жертвовавший своим будущим блаженством ради сегодняшней победы, достоин поклонения и почитания наряду с совершеннейшими из людей — бодхисаттвами. Следовательно, ему разрешалось в этой жизни и пролитие крови, и общение с женщинами, и роскошь, лишь бы он, охранив от врагов «Закон», дал возможность своим современникам беспрепятственно вступить на «Путь». Не исключалась возможность специального воплощения (аватара) доброго бодхисаттвы в гневной ипостаси для борьбы с врагами веры.

Божество, почитаемое бойцами, Кунтусанпо, буквально «Всеблагой». Но так как ничто не может, по мнению бонцев, появиться без отца и матери, то рядом с этим божеством существует богиня, выступающая то как нежная Великая Мать милосердия и любви, то как гневная Славная Царица трех миров, управляющая всем миром. Эта богиня почитается даже больше, так как ее сила связана с землей, вследствие чего она называется Земля-Мать.
Мистическое мировое дерево прорастает все три вселенные и является путем, по которому миры сносятся между собой. ... в мире, в котором не было ни формы, ни реальности, появился чудесный человек между бытием и небытием, который стал называться «Сотворенный, владыка сущего». Затем возникают свет белый и свет черный, после чего появляется черный человек, олицетворение зла. Но появляется также и белый человек, окруженный светом, которого называют «Тот, кто любит все сущее». Он дает тепло солнцу, приказывает звездам, дает законы и т. п.
Согласно биографии Шенраба, учение началось с крещения учителя в снятом озере (или море) при участии богов, людей и нагов
Франке приводит некоторые притчи, приписываемые Шенрабу, например: « «Ты будешь желать лучшего другому, как ты хочешь добра для себя». Перед смертью Шенрабпредрек верность своего учения и предсказал приход «доброго учителя» Франке, приводя примеры такого рода, стремится доказать, что есть связь между боном и евангельским христианством.
... Затем учитель сказал, что когда он выйдет из мира страданий, то после этого, в среднюю калпу, появится милосердный учитель, который всех избавит от страданий и круговорота бытия.
  Пять ядов жгут душу, но трудность обратить человека в том, что мешает этому демон. Учитель проповедует: «Прилагайте усердие, обладайте законами, предавайтесь созерцанию, учитесь мудрости, совершайте молебствия, совершайте заклинания, делайте подношения, проявляйте силу, обладайте знаниями! Избавляясь от пяти ядов, Вы избавляетесь от круговорота бытия».
Далее воздается хвала   бону и бонской свастике: «Бон — это бог (небожитель), рожденный из центра "юндун" (бонская свастика)... Бон — это жрец, рожденный из центра "юндун" (заклинание повторяется десятки раз)... Бон — это бог, рожденный из центра неба, бон — это жрец, рожденный из центра неба. Бон — это бог, рожденный из центра бытия, бон — это жрец, рожденный из центра бытия».
Глава шестая — «О почитании трехсот лхамо (дэви)»32. Учитель говорит следующее: для того чтобы рассеять мрак тела, слова и сердца, надо почитать триста «лхамо». Его спрашивают об их признаках, и он отвечает, что бывают «лхамо сферы Творящего благо, Осуществляющие суть, Совершенный блеск, небесные лхамо Бесконечного неба, Свет-сияет-бесконечно, Сто тысяч лучей света, Распространяющие лучи света, лхамо Ветра, Огня, Воды, Земли, Свет, покоряющий багровых и черных демонов. Хранительница солнца, обладающая светлыми лучами солнца, покоряющая демонов, Лучистая луна, покоряющая демонов-рыб, Красная стрела-молния, покоряющая демонов, приносящих вред, лхамоВостока светлая лампада, Лхамо Распространяющая светлый свет солнца» и много других.
Глава девятая — «О почитании тысяч богов (дэвов), жрецов, бытия и лхамо (дэви)». Воздается хвала всем богам, а также воздается хвала и учителю Шенрабу, проповедующему на Западе.
Глава десятая — «О том, как его (Шенраба) искушал демон»
Сообщается, что божеством-покровителем Шенраба было божество-жрец Белый Свет.
Но тем не менее мы не ответили на основной вопрос: какого бога почитали и с каким злом боролись ревнители религии бон?
Указано, что Шенраб — эманация света, а его божество-покровитель — бог-жрец Белый Свет, и это позволяет отграничить бонскую доктрину от древне-арийского политеизма и зороастризма, так как ни в том, ни в другом специальное почитание света в догматику не введено.
1) в какого бога верили бон-цы? и 2) что являлось у них злом?
  В источниках постоянно отмечается, что бонская религия требует от последователей активной проповеди и борьбы за правду.
Центральные бонские божества трактуются как Царь Бытия, Белый Свет, Чистое Дитя бытия, Бог, рожденный из центра неба, и т. д. Это значит, что тут мы имеем не поклонение какой-либо из сил природы, а космосу в целом.   Бону чужда идея аскезы, почитаются наряду смужскими женские божества, и даже верховный бог Санпо  ) имеет свою женскую ипостась — Мать бытия Чучам 
И, наконец, текст сообщает, что учитель Шенраб проповедовал не только на востоке, но и на западе: в качестве одного из переводчиков и комментаторов бонских книг, наряду с индийскими и китайскими учеными, назван «Мудрейший в РимеХризостом-оратор. Значит, следуя текстам, мы должны искать описанную систему также и к западу от Памира, в Иране и Средиземноморском бассейне в первые пятьсот лет до нашей эры и в первые века нашей эры. Поскольку история религии античного мира изучена достаточно полно, можно сказать достаточно уверенно, что только один культ отвечает всем условиям — это культ Митры, древнеарийского божества космоса, покровителя воинов, борца против лжи и обмана. Культ Митры пережил длинную эволюцию. На заре истории Митра выступает в первобытной ведийской религии как сын Адитьи(Природы и Бытия) и брат Варуны, эллинским аналогом которого был Уран. Вначале Митра и Варуна почитались вместе53, но затем их судьбы разошлись. Уран пал жертвой Сатурна (Времени), а Митра остался в иранской мифологии и даже теологии. В десятом яштеАвесты есть много гимнов, посвященных Митре.
Иногда Митра считается божеством, совмещающим мужской и женский пол. На некоторых митраистскихпамятниках встречаются символы бога и богини. На многих барельефах Митра закалывает быка или барана, что указывает на связь культа с жертвоприношениями, Значение культа Митры в Иране заметно снизилось, а расхождения его с зороастризмом обострились. Зато в Малой Азии культ Митры расцвел. Ему поклонялся Митридат, его чтили киликийские пираты, у которых культ Митры заимствовали римские солдаты, некоторые императоры, например, Аврелиан, Диоклетиан, Юлиан Отступник .
Западный митраизм — поклонение «Непобедимому солнцу» — не выдержал соперничества с христианством и исламом и бесследно исчез. Зато на Востоке он сохранился у эфталитов, где поборником его выступил царьМихиракула, борец против буддизма. 
Согласно основному тезису митраизма, Небо вместе со своей супругой Землей правит всеми другими богами, порожденными основным двуединым божеством. Не этот ли культ мы находим у тибетцев и монголов до принятия ими буддизма? Митра — божество света, согласно Авесте, на медальоне из Киликии изображен в виде молодого мужчины с короной на голове и кинжалом в правой руке, который он приготовился вонзить в горло жертвенному быку. Эту корону, символ сияющего света, Митра получил от солнца, над которым он одержал победу. В боне аналогом Митре является божество Белый Свет, причем его называют не просто божеством, а божеством-жрецом. Слово «жрец» (gshen) у бонцев имело вполне конкретное значение: в древнем Тибете именно это лицо вонзало кинжал в горло жертвенному животному при совершении религиозных ритуалов.
Основатель бона учитель Шенраб считается эманацией света, причем его божеством-покровителем был Белый Свет. Шенраб — не имя, а прозвище — «совершеннейший жрец».
Теперь обратимся к современым тибетским изображениям Шенраба и сравним их с изображениями Митры в Малой Азии. На тибетских цветных рисунках мы видим Шенраба сидящим на троне, на нем короткая набедренная повязка, тело выше пояса обнажено. На голове корона, точно такая же, как у Митры, а в правой рукеШенраба — золотой кинжал с широким и коротким лезвием и с уже знакомой нам рукояткой. Кинжал Шенрабаотличается от кинжала Митры только большей длиной рукоятки, которая вытянута настолько, что весь этот клинок выглядит скорее скипетром, чем орудием убийства71. Изменение формы бон-ского кинжала объясняется, по нашему мнению, тем, что бонцы давно уже отказались под влиянием буддизма от кровавых ритуалов, которые в настоящее время уже не существуют. К этому следует еще добавить, что митраистский кинжал был введен в реквизит тибетских лам-тантристов, вероятнее всего, в VIII в. Пад-масамбхавой для подавления злых духов и существует до сих пор, сохраняя свою древнейшую форму.
Но не только культовые детали, и не столько они, определяют близость учений митраизма и бона. Восточный митраизм, сохранивший архаичные черты, не сделался, подобно западному, религией победы или военного успеха, а остался учением борьбы за правду и верность. Он не превратился в Непобедимое солнце,а сохранил свою космическую природу, где солнце было только «глаз Митры», а сам он — божество-жрец Белый Свет, были ложь, обман и предательство, причем под последним понималось злоупотребление доверием. Именно эта догматическая и одновременно психологическая черта роднит митраизм с религией бон и ответвлениями бона у древних монголов.
  Удалось также установить, что начало возникновения бонского учения относится ко времени завоевания персами Мидии и Вавилона (эти эпизоды есть в тибетских источниках), то есть ко времени Кира П. Согласно тибетским источникам, которые корректируются древними иранскими,бонское учение в Иране было почти полностью уничтожено Ксерксом (V в. до н. э.).

http://savepic.ru/13342879.jpg

0

23

Голосовкер - Логика античного мифа

Многие, особенно из старшего поколения, помнят совершенно гениальную, исполненную высокой поэзии книгу якобы детскую Голосовкера "Сказания о титанах".

http://s2.uploads.ru/t/NS4tK.jpg

Свернутый текст

"В 1936 году Голосовкер был арестован, три года провёл в лагере в Воркуте, затем, в 1939—1942 годах — в ссылке.
В конце войны вокруг Голосовкера сложился кружок переводчиков античной лирики, куда входили Борис Пастернак, Арсений Тарковский, Илья Сельвинский и другие. В 1940-50-е годы активно вел работу по подготовке антологии переводов древнегреческой и римской поэзии.

Главное произведение Голосовкера — это «Античная мифология как единый миф о богах и героях». Первая, теоретическая часть под названием «Логика античного мифа» была подготовлена автором к концу 1940-х годов. Вторая часть должна была представлять собой художественное произведение по мотивам античной мифологии. Это произведение не было написано, а черновики стали основой детской популярной книги «Сказания о титанах» (1955)

Рукописи писателя дважды погибали: в 1937 году (уничтоженные другом после ареста Голосовкера) и в 1943-м при пожаре дома. Написанное было им частично восстановлено после возвращения из ссылки. Так был восстановлен «Сожженный роман» («Запись неистребимая») (опубликован в 1991 году, переведен на французский, немецкий, польский языки).
Фигура философа стала по-своему легендарной: ему посвящены новелла Леонида Мартынова, стихи Юрия Айхенвальда и другие."

/Вики/ А также:
http://www.krotov.info/spravki/1_histor … sovker.htm

Голосовкер
Логика античного мифа

Полностью - тут:
http://ec-dejavu.ru/p/Publ_Golosovker.html
https://www.e-reading.club/book.php?book=130463

Правду бьют избитыми правдами.
in falso veritas — «в обмане истина»
положение «в обмане истина» дано в мире чудесного в качестве своей особой veritas, своей особой «обманной истины».
***
Уран-небо, у которого его сын Крон отсекает волшебным серпом детородный орган. из, семени этого органа, упавшего в море, рождается среди кипения пены Афродита.

***
Так логика мифа сочетает необходимость со свободой, понимая под последней героическое усилие, независимо от предопределяющего ее исхода. 
***
Одностороннему «виденью» Киклопа противопоставлено «виденье» многостороннее. Одноглазый дикарь киклоп Полифем был ослеплен хитроумным Одиссеем, потому что Полифем был слеп умом по сравнению с умом Одиссея.
Одноглазое зрение — духовнослепое зрение.
*
...Так прочь же слепое зрение! Лучше мрак, чем обман, — и Эдип вырывает у себя глаза. Внешний мир «виденья» исчез. Осталась только ощупь его. Но ему открылся внутренний мир: и смысл образа «виденье» переходит из внешнего к внутреннему виденью — к внутреннему оку.

«Слепота зрячести» тотчас оборачивается в «зрячесть слепоты». Образ духовно слепого при физической зрячести Эдипа вызывает образ провидца, слепого старца Тиресия, знавшего то, чего не знал зрячий Эдип.
В мифологических образах провидцев — Эдипа в Колоне и Тиресия — в этих олицетворениях «зрячей слепоты» виденье открывается нам как «веденье»: его смысл переходит в новую форму. Впервые в мифе возникает идея замещения мнимой проницательности утраченного органа зрения (глаза), основного источника чувственного опыта, радости жизни и знания, часто, быть может, иллюзорного и перспективного, но восторгом красоты переполняющего сердце . Паллада взамен вырванных глаз даровала Тиресию ясновиденье, высшее постижение тайн природы
трагедия «Эдип» —трагедия слепоты и прозрения.

Глаза смертного, будь он даже герой, покрывает темная пелена. Поэтому он видит предельно: мир богов и образ бессмертных остаются для него невидимыми. Но как только бог на мгновение сорвет с его глаз темную пелену, герой увидит богов и мир богов, и самый образ бессмертного бога
По мифу, когда бог снимает с глаз смертного пелену мрака, смертный бросает более глубокий взгляд на бытие — взгляд божества. Таков час просветления.

***
...Таким образом логика чудесного замещает закон исключенного третьего законом неисключенного третьего и тем самым создает положительное понятие абсурда: ибо в мире чудесного не существует reductio ad absurdum (сведения к нелепости).
В нем нет нелепого — в нем все лепо.
Сама нелепость, то есть самая нелепейшая фантазия, в мире чудесного воплощена в живое существо, в образ Химеры, в дикое сочетание окрыленного льва, козы и змеи (дракона). Но раз абсурд выступает как чудесное существо, чудесный предмет, чудесный акт, чудесный факт, то абсурд не есть уже абсурд. Абсурдом в мире чудесного была бы вера в недопустимость или в невозможность существования абсурдов. То есть абсурдом было бы утверждение: reductio ad absurdum abest (сведения к нелепости не существует). Такое положение, как «абсурда нет», было бы, согласно логике чудесного, действительным и единственным абсурдом в мире чудесного, ибо там любой абсурд логики здравого смысла существует как не-абсурд.

  Согласно аксиоме силлогизма мы, приняв посылки, не вправе не принимать заключения. То есть «раз посылки истинны и раз отношения между терминами в них соответствуют условиям правильного вывода, то должен быть истинным и самый вывод».
Это — самоочевидная истина.
Ничуть, утверждает мир чудесного: «Приняв посылки, мы вправе не принимать заключения. Истинность посылок не обусловливает истинности вывода». Таков закон, который можно формулировать как закон отрицания самоочевидности — «не верь своим глазам», отрицание вывода — то есть отрицание аксиомы силлогизма.
Так логика чудесного открывает нам чуждый здравому смыслу формальной логики некий «разум неразумия» в нашем творческом воображении. Этот разум «неразумия» стоит в противоречии к разумным правилам формальной логики здравого смысла, но он есть все-таки разум, ибо его «неразумие» все же подчинено логике, хотя и особой.
То, что с точки зрения формальной логики является заблуждением, ошибкой, то в логике чудесного утверждается как закон, управляющий чудесным миром. И если что в нем бывает условным, так это сама безусловность.
Более того, в нем есть даже последовательность непоследовательности.
В нем любая нелепость разума, само безумие (Лисса, Мания) олицетворено и действует как разум, и, наоборот, разум в качестве только здравого смысла безумен.
В нем все иллюзии суть реальности
В нем порочный круг беспорочен, ибо развязка дана в самой завязке, безвыходности нет, все спорное разрешено, начало и конец как бы сходятся, противоречие осуществлено и предстоит глазам.
В нем все бессмысленное обретает бесконечный смысл и все осмысленное может стать вверх ногами, ибо в этом мире чудесного действует закон неисключенного третьего. 

Попытаемся же рассмотреть в свете науки о микромире мир чудесного античной мифологии: не окажется ли, в самом деле, логика чудесного и логика науки о микромире одной и той же логикой, то есть диалектической логикой воображения? А это будет означать, что воображение обладает познавательной способностью. Более того, это будет означать, что воображение есть высшая познавательная способность, ибо миф есть выраженное познание мира в эпоху мифического мышления.

Двуспецифические предметы, эти двусмысленные понятия науки, с помощью которых разум постигает природу, представляют собой воплощения стилистической фигуры оксюморон (например, «нищее богатство»). Таковы, повторяем, понятия: комплексный элемент, функциональная субстанция, негативная масса (Дирак), химическая траектория (Рено), негативная энергия. Все это оксюморон.

Но и масса негативного количества или понятие «негативной массы» (Дирака), нового понятия XX в. — говорит (Башляр) — явилось бы для ученого XIX в. таким же error fundamentalis, основоположным заблуждением, какое лежит в основании чудесного акта или явления, ибо уже самый термин «негативная масса» с точки зрения здравого смысла (для наивного реалиста) внутренне противоречив: масса для здравого смысла не может быть отрицательной. Для него это было бы несмыслицей, ложным сочетанием слов.
  И вот оказывается, что примат воображения над опытом здравого смысла у наивного реалиста в мифотворческом мышлении подобен примату теории над опытом в микрофизике и микрохимии.

И в самом деле:
В разрезе логики иные объекты-явления микромира суть не вещи, а только интеллектуальные воспроизведения, остановленные феномены. В качестве вещей они безобразны, непредставимы: они только понимаемы. Иногда они суть только научные метафоры, принимаемые за вещь. Иные из них не локализуются в пространстве: пространство тогда равно нулю. Их масса плюралистична. Эта масса есть масса-этап, масса-состояние (masse d'etat Детуша). Эти объекты-явления микромира могут быть охарактеризованы только как вещь-ничто (chose-rien), то есть как «якобы вещь». Категория причинности к ним неприменима. Разве это не мифология науки?
Объекты науки о микромире созданы по образу и подобию объектов мифомира. Воображением познают.

http://sf.uploads.ru/t/IQ2Pa.jpg

0

24

Будда. История и легенды - Томас

Полностью - тут:
https://www.e-reading.club/book.php?book=57001

http://images.vfl.ru/ii/1512372520/2cab9115/19679609_m.jpg

Свернутый текст

Эдвард Томас
Будда. История и легенды

Будда: «если бы мне пришлось наставлять в Учении, а другие не понимали бы его, это стало бы для меня скукой и томлением.»

Буддизм и христианство
Уже во времена святого Иеронима проявилась тенденция к сравнению жизни Будды с евангельской историей.
Ван ден Берг обнаруживает пятнадцать заслуживающих обсуждения параллелей к евангельским эпизодам.

Нет необходимости обсуждать взгляд, согласно которому нирвана означает угасание личности.

В изложенном в «Дигха‑никае» предании об Амбаттхе говорится о происхождении самих шакьев.
Шакьи же полагают своим предком царя Оккаку. Давным‑давно царь Оккака, чья царица была мила и дорога ему, пожелал передать царство ее сыну и изгнал старших принцев (сыновей другой жены) Оккамукху, Караканду, Хаттхинику и Синипуру из царства. После изгнания они жили на склонах Гималаев у берегов лотосового пруда, где находилась большая роща деревьев сака. Они, опасаясь нарушить чистоту рода , женились на своих сестрах. Царь Оккака осведомился у министров в своей свите, где теперь обитают принцы. «О царь, на склонах Гималаев, у берегов лотосового пруда, есть большая роща деревьев сака. Там теперь живут принцы. Они, опасаясь нарушить чистоту рода, женились на своих сестрах». Тогда царь Оккака промолвил такие пылкие слова: «Поистине достойные (шакья) принцы, в высшей степени поистине достойные принцы» . С этого времени они известны как шакьи. Оккака и есть предок племени шакьев.

необычной особенностью является женитьба четырех изгнанных сыновей на своих сестрах; параллельно этому в «Джатаке» Рама женится на своей сестре Сите.

Все варианты предания о рождении Будды основываются на представлении о том, что он был царским сыном. Однако общепризнанно, что это не исторично.
Действительно, мы находим места, где просто говорится, что Будда принадлежал к знатному роду кшатриев и в его роду насчитывалось семь поколений чистокровных кшатриев и с материнской, и с отцовской стороны. Однако там нет информации об именах и событиях, связанных с его рождением. Только в легенде о его царском происхождении мы находим упоминания имен его родителей, и остается открытым вопрос: оправдано ли выделение в ней внешне правдоподобных фрагментов? Не является ли все предание о происхождении Будды позднейшим вымыслом, в который добавлены не только имена его дядей и кузенов, но и имена его жены и родителей?

Нижеследующую историю о зачатии и рождении отличают две черты. Этот рассказ есть и в самом Каноне, и в позднейших текстах, и, следовательно, мы располагаем примером старейшего свидетельства. Во‑вторых, всю эту историю сравнивали с чудесным рождением в Евангелиях, и она составляет один из элементов проблемы исторических отношений между буддизмом и христианством.
...
Когда Бодхисатта вселяется в свою мать, в ней не возникает чувственных мыслей о мужчинах, мать Бодхисатты не может поддаться страсти никакого мужчины.

Затем следует рассказ о землетрясении и перечень явленных в это время тридцати двух знамений. Первое из них — это великий безграничный свет; и, будто жаждая созерцать его славу, слепые прозревают, глухие слышат, немые говорят, у калек выпрямляются члены, хромые идут, огонь во всех адах потухает.
И «Лалитавистара», и «Махавасту» говорят, что Бодхисатта вышел из ее правого бока, и специально добавляют, что ее правый бок казался неповрежденным.
Самые старые повествования о родословной Будды, видимо, не предполагают, что его рождение было в чем‑то необычным. Там просто говорится, что и со стороны матери, и со стороны отца семь поколений его предков были благородными. По более позднему преданию, он родился не так, как другие люди, причем его отец не имел к этому никакого отношения. Это не непорочное зачатие в полном смысле слова, но мы можем говорить о партеногенезе в том смысле, что Суддходана не был его родителем. Согласно «Лалитавистаре», во время праздника середины лета Майя подошла к царю и попросила его о благодеянии: «О властелин людей, не желай меня... Да не покажется тебе недостойным, о царь; позволь мне долгое время соблюдать нравственные обеты».
Делалась попытка обнаружить доктрину непорочного зачатия в «Махавасту»: «Даже и в мыслях они (то есть матери бодхисаттв) не имеют никакого плотского сношения со своими супругами». Но в действительности в тексте сказано: «Даже в мыслях не возникает в них страсти (рага) к какому‑либо мужчине, начиная с их мужей».
Именно в этой истории А.Дж. Эдмунде предлагает видеть индийское влияние на христианство. Он соотносит это со словами евангелиста Луки (i, 35): «Дух Святый найдет на Тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя».  Достаточно ли они похожи друг на друга, чтобы навести на предположение о том, что евангельский рассказ представляет собой искаженное заимствование индийского? Окончательно оценить эту проблему можно тогда, когда будут приняты во внимание другие, более примечательные параллели.

В день рождения Бодхисатты мудрец (риши) по имени Асита, «черный», живущий в Гималаях, замечает богов неба Тридцати трех, веселящихся в небе, и спрашивает, чему они так рады. (Когда родился Бодхисатта, Асита созерцал множество замечательных чудес: боги в небесном пространстве славили имя Будды, одежды их развевались, и они проносились туда и сюда, ликуя.) Они рассказывают ему, что Бодхисатта родился в мире людей и что он повернет Колесо Учения.
//« В самый день (его рождения) боги веселились в небесах Тридцати трех, радуясь и потрясая одеждами, и говорили: «В городе Капилаваттху у царя Суддходаны родился сын. Этот мальчик сядет на место просветления и станет Буддой». //
Асита идет к жилищу Суддходаны и просит, чтобы ему дали посмотреть на мальчика. Шакьи показывают ему ребенка, он восторгается и ликует. Распознав в нем признаки великого человека, Асита провозглашает: «Велик он, наивысший из людей». Затем, вспоминая о своей смерти, он плачет, и шакьи с беспокойством спрашивают его, не будет ли беды для мальчика. Асита отвечает, что он не видит ничего вредного для мальчика: он достигнет просветления и будет проповедовать Учение; но Асита расстраивается, поскольку его собственная жизнь коротка и он не сможет услышать проповедь Учения.
И он выдохнул такие торжественные слова: «Поистине замечателен сей человек, явившийся в мир». 
Это общее изложение, вероятно, старейшей версии истории Аситы, буддийского Симеона, представленной в «Налака‑сутте» «Сутта‑нипаты».
Не только Зейдель и Эдмунде, но и Пишель видят в этой истории оригинал истории о Симеоне (Лк., ii: 22—32). Различий между ними, говорит Пишель, меньше, чем соответствий. Эдмунде также упоминает о явлении ангелов пастухам (Лк., ii: 8—15) в качестве параллели к богам, резвящимся в небе.

В рассказе из «Ниданакатхи» сначала не говорится, каким именем нарекли младенца, но впоследствии там употребляется имя Сиддхаттха. В «Лалитавистаре» его имя Сиддхартха, «тот, чья цель совершенна»; но в позднейшем источнике и в «Махавасту» обычно используют имя Сарвартхасидцха — «тот, кто добился всех своих целей». Между этими двумя формами нет реального противоречия, поскольку обе значимы и несут один и тот же смысл, и модификация вполне понятна.
Для учеников было естественным называть просветленного Будду таким титулом. Конечно, можно предположить, что простой эпитет превратился в собственное имя, что и легло в основу вариаций рассказа о наречении имени.

Самый яркий пример разногласий в преданиях, посвященных одному событию, можно видеть в четырех разных интерпретациях единственного фрагмента Писаний. В «Маджджхиме» Будда, описывая аскезу, которой он предавался перед просветлением, рассказывает, как он вспомнил, что в то время, когда его отец шакья работал, он сидел в прохладной тени дерева сизигии и достиг первого транса. Когда это произошло и какой работой занимался его отец? ...
Мальчика оставили на ложе за ширмами под деревом сизигия. Когда няньки отлучились, он сел с перекрещенными ногами, тренируя вдохи и выдохи, и достиг первого транса.

«...Так бывает с тем, кто пребывает бдительным, напряженным и решительным.»
Самая замечательная особенность этого повествования — полное отсутствие какого‑либо упоминания об искушении Марой. Не говорится даже о знаменитом дереве, под которым было достигнуто просветление (бодхи) .

  В заключение Будда заявил, что «все, кто сейчас или после моей смерти станет жить, находя убежище в себе самих, утешение в себе самих и больше нигде, достигнут предела темноты (перерождения)».
«Подвержены распаду сложные вещи, усердно стремитесь». Таковы были последние слова Татхагаты.

http://images.vfl.ru/ii/1512372654/91d5c5bc/19679635_m.jpg

0