◄ Назад
▲ Вверх
▼ Вниз

Религия эзотерика философия анекдоты и демотиваторы на форуме о религиях

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Что такое просветление - Уайт

Сообщений 101 страница 110 из 128

101

Осознанность - путь к просветлению.
Безмолвие Ума

Полностью - тут:
http://content.mail.ru/arch/68506/7227269.html

Безмолвие Ума

Ниже будут приведены высказывания в пользу безмолвия (молчания) ума известных просветителей современности, людей которые достигли значительного духовного совершенства, которые избавились от оков своего эго и страданий.

Свернутый текст

"Самый великий манипулятор, которому мы позволяем мешать нам быть свободными, — это наш человеческий интеллект. Он был сотворен как инструмент, как средство служения человеку. Но мы пошли в противоположном направлении: власть, которую мы сами отдали интеллекту, столь велика, что он стал нашим хозяином, и это не позволяет нам стать совершенно свободными.
Чрезмерно активный интеллект отдаляет человека от его истинной сущности и не позволяет ему понять, что его истинное "я" знает и умеет все, что человеку нужно. Человек должен дисциплинировать свой интеллект и заставить его отказаться от притязаний на постижение духовного развития. "
"Интеллект, силясь сохранить свою руководящую роль, пытается, конечно, убедить тебя, что, повинуясь своей сущности, ты уже не сможешь свободно распоряжаться своей жизнью. Не верьте ему! "

"Если хорошо понаблюдать за своим мышлением, то вы обнаружите, что ваши мысли находятся либо в прошлом, либо в будущем. Похоже, что жить в своем настоящим времени — одна из привычек, которые даются человеку с самым большим трудом.
Для того чтобы человек жил настоящим, его тело и мысли должны находиться в одном и том же месте! "
"Каждая минута, в течение которой ты избегал присутствия в настоящем времени (не важно, каким способом), есть минута не прожитая".

Лиз Бурбо: "Слушай Свое Тело — Снова и Снова"

Дипак Чопра
Безмолвие Ума и Душевный Покой

"Что происходит, когда вы погружаетесь в тишину? Вначале ваш внутренний диалог становится еще более бурным. Вы ощущаете настойчивую потребность что-то говорить.

Но по мере продолжения опыта внутренний диалог начинает успокаиваться. И вскоре наступает глубокая тишина. Это происходит потому, что разум со временем уступает. Он осознает, что нет смысла блуждать вокруг, если вы — высшее Я, дух, тот, кто принимает решения, — не собираетесь говорить. И тогда, когда умолкает внутренний диалог, вы начинаете ощущать душевный покой. "

"Полная тишина — первое требование для проявления ваших желаний, потому что именно в ней лежит ваша связь с пространством чистых потенциальных возможностей, которое может открыть для вас всю свою бесконечность. Представьте, что вы бросили в пруд небольшой камешек и наблюдаете, как по поверхности воды расходится рябь. Немного погодя, когда рябь успокоится, вы бросаете следующий камешек. Именно это вы делаете, когда входите в пространство чистого безмолвия и вводите туда свое намерение. В этой тишине даже самое слабое намерение вызовет рябь на поверхности универсального сознания, которое связывает между собой все. Но, если вы не добились неподвижности сознания, если ваш разум подобен бурному океану, бросайте туда хоть небоскреб, вы ничего не заметите. В Библии есть изречение: "Остановитесь и познайте, что Я Бог". Этого можно достичь только с помощью медитации.

Суждение есть постоянная оценка того, плохо это или хорошо, верно или неверно. Когда вы постоянно оцениваете, классифицируете, анализируете, вешаете ярлыки, ваш внутренний диалог становится очень бурным, турбулентным. Эта турбулентность ограничивает поток энергии между вами и полем чистой потенциальности. Именно состояние чистого сознания, является безмолвным пространством между мыслями, эта внутренняя неподвижность связывает вас с истинной силой. "

" Способ выхода за пределы кармы — продолжать испытывать паузу, свое Я, Дух. Это подобно стирке грязной одежды в ручье. Всякий раз, когда вы ее погружаете в воду, вы смываете несколько пятен. Всякий раз, когда вы это делаете, ваша одежда становится немного чище. Вы стираете — или выходите за пределы своей кармы — входя в паузу и опять возвращаясь обратно. Это, конечно, достигается с помощью медитации. "

Дипак Чопра: "7 духовных законов успеха"

Экхарт Толле
Голос в Голове и Сила Безмолвия

"Разум при его правильном использовании является совершенным и непревзойденным инструментом. При неправильном применении он становится чрезвычайно разрушительным. не то что ты неверно используешь свой разум – обычно ты вообще его не используешь. Он использует тебя. Это заболевание. Ты веришь в то, что ты есть твой разум. Это заблуждение. "

"Если кто-нибудь придет к доктору и скажет: “Я слышу голос у себя в голове”, то вероятнее всего он или она будут направлены к психиатру. Факт состоит в том, что весьма схожим образом, виртуально каждый из нас постоянно слышит у себя в голове голос, или даже несколько голосов: — это непреднамеренные, бессознательные мыслительные процессы, и вы даже не осознаете, что у вас есть сила, чтобы их остановить. Это непрерывные монологи и диалоги.

Возможно, когда-нибудь на улице вы проходили мимо “помешанных”, беспрестанно бормочущих и говорящих сами с собой. Ну, что ж, это, впрочем, не очень-то отличается от того, что делают все остальные “нормальные” люди, с той лишь разницей, что они не делают этого вслух. Голос в голове постоянно комментирует, рассуждает, судит, сравнивает, жалуется, любит, не любит, и так далее.

Так что вы видите и судите о настоящем, глядя на него глазами прошлого, и получаете его полностью искаженное изображение. Много людей живут, имея мучителя в своей голове, который непрерывно атакует и подвергает их наказанию, истощая и расточая их жизненную энергию.. "

"Когда ты слушаешь в голове этот голос, слушай его беспристрастно. Не выноси суждений. Не суди и не проклинай то, что слышишь, ибо это будет означать, что тот же самый голос снова вернулся к тебе через заднюю дверь. Скоро ты поймешь: там — голос, а здесь — Я есть, слушающий его и отслеживающий его. Осознание этого Я есть, — этот смысл своего собственного присутствия, — не есть мысль. Это восходит из-за пределов разума. "

"Когда мысль затихает, то появляется ощущение разрывов в непрерывном потоке мыслей – интервалов, промежутков “без-мыслей”. В начале разрывы будут короткими, возможно, в несколько секунд, но постепенно они будут становиться продолжительнее. Когда такой разрыв случается, ты чувствуешь душевный покой от присутствия ощущения единства с Сущим, которое разум обычно закрывает от тебя. По мере продвижения в практике чувство спокойствия и покоя будет углубляться. На самом деле, фактически, его глубина не имеет предела. Ты также будешь чувствовать тонкую эманацию радости, восходящую из внутренней глубины: — радости Бытия. "

"Чем глубже ты уходишь в это царство “без-мыслей”, как его иногда называют на Востоке, тем глубже ты входишь в состояние чистого сознания. Пребывая в этом состоянии, ты с такой интенсивностью и радостью чувствуешь свое присутствие, что всё мышление, все эмоции, твое физическое тело, также как и весь окружающий тебя мир, становятся относительно малозначащими в сравнении с ним. Оно уносит тебя далеко за пределы того, что ты раньше считал “самим собой”. Это присутствие, по существу, и есть ты, и в то же время невообразимо больше, чем ты.
парадоксально, или даже противоречиво, но я не могу выразить это по-другому. "

"Твой разум есть инструмент, орудие труда. Он существует и предназначен для того, чтобы ты им пользовался для решения определённых задач, и когда задача решена – ты кладешь его на место. А раз так, то я бы сказал, что примерно от 80 до 90 процентов мыслительного потока является не только повторяющимся и бесполезным, но в силу его дисфункциональности и часто негативной природы, большая часть его еще и вредоносна. Понаблюдай за своим умственным процессом, и ты обнаружишь, что это так. Это является причиной серьезной утечки жизненной энергии. "

"Ты идентифицируешь себя с ним, а это означает, что ты получаешь ощущение себя из содержания и направления деятельности своего сознания. Потому что ты думаешь, будто прекратишь свое существование, если остановишь поток мыслей. Мы можем называть этот фантом себя — эго. "
"Настоящий момент хранит ключ к освобождению. Но ты не сможешь отыскать настоящий момент до тех пор, пока ты есть твой разум. "

" Разум не в состоянии ни самостоятельно найти решение, ни позволить тебе найти это решение, потому что сам по себе является значительной и неотъемлемой частью этой “проблемы”. "

" Постольку, поскольку я есть мой разум, то я есть и мои желания, мои нужды, мои вожделения, мои привязанности, мои антипатии и за пределами всего этого нет никакого “меня”, за исключением не более чем возможности, неисполненного потенциала, семени, которое еще не проросло. В этом состоянии даже мое желание стать свободным или просветленным, — это всего лишь другое желание исполнения или достижения этого в будущем. Так что, не стремись стать свободным от желания или “достичь” просветления. Стань присутствующим. Будь там как наблюдатель разума. "

"Люди находятся в тисках боли на протяжении вечности, с тех пор, как они выпали из состояния милосердия и святости, как вошли в царство времени и разума, с тех пор, как утратили способность осознавания Сущего. С той поры они начали воспринимать себя как бессмысленные фрагменты в живой вселенной, отсоединенные от Источника и друг от друга.
Боль неизбежна до тех пор, пока ты отождествляешь себя со своим разумом, или говоря иначе, до тех пор, пока ты неосознан. "
"Насыщенность, интенсивность боли зависит от степени твоего сопротивления настоящему моменту, а это в свою очередь, зависит от того, насколько сильно и глубоко ты отождествляешь себя со своим разумом. Разум всегда стремится к отрицанию момента Сейчас и норовит избавиться от него. Иными словами, чем больше ты отождествляешь себя со своим разумом, тем большее страдание ты испытываешь. Или можно сказать так: Чем больше ты способен чтить и принимать момент Сейчас, тем более ты свободен от боли, от страдания – тем более ты свободен от эгоистического разума.

Почему разум так привычно отрицает или сопротивляется моменту Сейчас? Потому что он не может функционировать и оставаться под контролем вне времени, которым является прошлое и будущее, потому что, он воспринимает вневременный момент Сейчас как угрозу. Время и разум в действительности неотделимы друг от друга. "

Экхарт Толле: "Сила Момента Сейчас"

"Большинство людей не могут сосредоточиться на чем-либо конкретном даже на сатый короткий срок. От того, куда направлены мысли человека, зависит вся его судьба."
"Поэтому вопрос о контроле своих мыслей является для нас вопросом первостепенной важности и самой насущной необходимости. "

Сан Лайт: "Матрица Счастья"

0

102

Куда бы ты ни шел - ты уже там  = Кабат-Зинн
(Медитация полноты осознания)

Это одна из лучших книг по практике медитации, опубликованных на Западе за последние десять лет. Ее цель — обеспечить людям быстрый и легкий доступ к самой сути медитации полноты осознания.

http://i7.pixs.ru/storage/0/3/5/kabatzinnj_8113417_10455035.jpg

Джон Кабат-Зинн - доктор в области молекулярной биологии, профессор медицины.
Основатель и директор Клиники работы со стрессом Медицинского центра Университета Массачусетса.
Вместе с женой Майлой Кабат-Зинн недавно выпустил книгу о духовном родительстве.


Полностью - тут:
http://ningma.org.ua/index.php/bibliote … 31/712-484

http://i7.pixs.ru/storage/8/6/9/DzhonKabat_1591573_10454869.jpg

Свернутый текст

СОДЕРЖАНИЕ
Часть первая. ПРЕЛЕСТЬ МГНОВЕНИЯ 15
Что такое полнота осознания? 17
Просто, но не легко 20
Остановка 22
Вот оно 24
Останови мгновения 26
Не забывай о дыхании 27
Тренировка, тренировка, тренировка... 29
Практика — не только повторение 30
Не жертвуй своим путем ради тренировки 31
Пробуждение 32
Не усложняй 34
Ты не можешь остановить волны, но ты можешь оседлать их 35
Всякий ли способен медитировать? 37
Похвала неделанию 38
Парадокс неделания 40
Неделание в деятельности 41
Делание неделания 44
Терпение 46
Освобождение 50
Непредвзятость 52
Вера 54
Великодушие 56
Пусть достанет тебе сил быть слабым 59
Умышленная простота 61
Сосредоточение 64
Видение 66
Медитация как способ развития аспектов человеческой души 70
Практика как Путь 74
Не путай медитацию с позитивным мышлением 77
Уход в себя 79

Часть вторая. СЕРДЦЕ ПРАКТИКИ 81
Сидение в медитации 83
Займи свое место 85
Достоинство 86
Поза 88
Куда деть руки 90
Выход из медитации 93
Какова продолжительность сеанса? 96
Нет единого пути 100
Медитация “Каков мой путь?” 102
Медитация на гору 104
Медитация на озеро 108
Медитация на ходу 111
Медитация стоя 113
Медитация лежа 114
Ложись на пол хоть раз в день 118
Отсутствие занятий — тоже занятие 120
Медитация любви и доброты 122

Часть третья. В ДУХЕ ПОЛНОТЫ ОСОЗНАНИЯ 127
У костра 129
Гармония 131
Рано утром 133
Непосредственный контакт 137
Что еще вы хотите сказать мне? 139
Твой авторитет 141
Куда бы ты ни шел — ты уже там 144
Вверх по лестнице 148
Кухонная плита и Бобби Мак-Феррин 150
Каково мое главное Призвание на этой земле? 152
Метафорическая гора 155
Взаимосвязь 157
Не навреди — ахимса 160
Карма 162
Целостность и единство 166
Конкретность и отдельность бытия 169
Что это? 171
“Яканье” 173
Гнев 177
Урок из кошачьей миски 178
Воспитание детей как практика 180
Еще раз о воспитании детей 186
О ловушках на пути 188
Духовно ли осознание? 190

http://img.pixs.ru/storage/3/3/0/smalljpg_4879755_10455330.jpg

Джон Кабат-Зинн
КУДА БЫ ТЫ НИ ШЕЛ — ТЫ УЖЕ ТАМ

Медитация полноты осознания
в повседневной жизни
Издательство Трансперсонального института

Это одна из лучших книг по практике медитации, опубликованных на Западе за последние десять лет. Ее цель — обеспечить людям быстрый и легкий доступ к самой сути медитации полноты осознания. Она адресована тем, кому претят жесткие рамки учебных программ, кто не любит указаний, как поступать, но готов попытаться воссоединить картину бытия, пользуясь лишь намеками и попутными советами. Одновременно книга предназначена для тех, кто уже занимается медитацией и желает расширить, углубить занятия и упрочить данное себе обещание жить более осознанно, проникая в самую суть бытия.

О чем бы ты ни думал в данный момент — это именно то, что ты думаешь.
Хочешь не хочешь, но миг настоящий — это все, с чем на деле сталкивается человек. А мы так беспечны: мы проживаем свои жизни, будто и вовсе забыли о том, что находимся именно здесь — там, где мы есть, — и заняты только тем, что делаем. Каждое мгновение мы оказываемся на перекрестке этих “здесь” и “теперь”. Но стоит лишь тучке забвения окутать наш миг настоящий — как мы уже и потерялись. И вновь возникает вопрос: что дальше?
Сказав “потерялись”, я имел в виду, что каждый миг мы теряем связь с собою и со всем диапазоном своих возможностей, бездумно вязнем в колее привычных действий и покорно “смотрим”, “думаем”, “делаем”. В один миг мы рушим все связи с тем глубочайшим в нас, что может подарить нам великую радость творчества, познания и развития.

Чтобы коснуться настоящего, где бы мы ни были, нам следует приостановить свой чувственный опыт, пока настоящее не войдет в нашу жизнь. Лишь реально почувствовав его, увидев во всей полноте и осознав, мы познаем и поймем его глубже. И тогда мы постигнем смысл настоящего, вберем его в себя и двинемся дальше. Но нас почему-то чаще заботит минувшее — то, что прошло, или же будущее, которое еще не наступило. Все мы ищем землю обетованную, надеясь, что там жизнь будет лучше и счастливее, как в наших грезах или как была в прошлом.
И как дорого мы платим за свою неоправданную самонадеянность, за все свое почти сознательное пренебрежение к прелести настоящего, мгновения которого беззвучно осеняют нашу жизнь, а нам и невдомек. Мы пытаемся защититься собственным вымыслом, успокаивая себя, что якобы знаем, кто мы, где находимся, куда идем, знаем, что с нами происходит.

Книга, которую вы держите в руках, посвящена пробуждению от грез и связанных с ними кошмаров. Незнание того, что человек живет в плену грез, буддисты называют неведением или попросту глупостью. Прикосновение к собственному незнанию они именуют полнотой осознания. Труд, направленный на пробуждение от грез, — труд медитации, постоянного бодрствования, непрестанного осознавания настоящего. Пробуждение идет рука об руку с тем, что называют мудростью — прозрением в глубь причин и следствий, осознанием всеобщей взаимосвязанности. Осознание не дает уйти в навеянную грезами придуманную “реальность”. Чтобы найти путь, нужно лишь присмотреться к настоящему. Ведь настоящее — единственное время, данное нам для жизни и роста, ощущений и изменений. Нужно отчетливо осознать невероятную силу притяжения Сциллы и Харибды прошлого и будущего, того мира грез, который они предлагают нам взамен наших жизней. Осознать — и защитить себя от них.

многие считают, что полезно использовать аудиозаписи, которые поддерживают ежедневную дисциплину формальных медитативных занятий и обеспечивают руководство процессом. даже после долгих лет практики время от времени полезно возвращаться к этим записям. была подготовлена новая серия магнитофонных записей для занятий, направленных на достижение полноты осознания. Записи эти разные по длительности — от десяти минут до получаса.

ПРЕЛЕСТЬ МГНОВЕНИЯ

Что такое полнота осознания?
Полноту осознания считали сердцем буддийской медитации. Понять ее суть несложно. Сила метода — в тренировке и применении. Полнота осознания представляет собой особый вид преднамеренного сосредоточения внимания на настоящем моменте без попытки как-то оценить его. Такого рода внимание развивает бдительность, ясность и реальное восприятие настоящего. Оно поворачивает нас лицом к моменту цветения жизни.
Итак, полнота осознания не противоречит никаким вероисповеданиям и традициям — религиозным или, если угодно, научным. Она ничего тебе не навязывает, и меньше всего какую-то новую систему вероисповедания или идеологию. Это лишь практический способ ощутить более тесный контакт с полнотой бытия путем систематического самонаблюдения, самопознания и осознанных поступков. По своему характеру полнота осознания мягка, благодарна и воспитующа. Другое ее название — сердечность.

Просто, но не легко

Полнота осознания требует усилий и дисциплины, ибо объятия сил, противодействующих установлению полноты осознания — то есть привычных невнимательности и бездумности, — чрезвычайно цепки. Они настолько сильны и корни их лежат так далеко за пределами нашего сознания, что внутреннее намерение и упорная работа действительно необходимы, чтобы помочь нам удержать мгновение в осознании и продлить его полноту.

ВОПРОС: Как мне распутать тот узел, что лежит за пределами моего сознания?
НИСАРГАДАТТА: Пребывая наедине с собою... наблюдая себя в повседневной жизни с живым интересом, с намерением понять, но не осудить, полностью принимая все то, что придет, ибо только так ты позволишь глубинам подняться к поверхности и обогатить твою жизнь и сознание освобожденной энергией. Это великой труд осознания; он устраняет преграды и высвобождает силы через осознание природы бытия и разума. Разум — врата к свободе, а живое внимание — мать разума.

НИСАРГАДАТТА МАХАРАДЖ.

Остановка

ПОПРОБУЙ: Время от времени в течение дня остановиться, сесть и прислушаться к своему дыханию. Быть может, на пять минут или только на пять секунд. Отпусти себя и прими настоящий момент, включая собственное самочувствие и характер восприятия событий. В эти мгновения постарайся ничего не менять, просто дыши, и пусть все идет своим чередом. Дыши, и пусть все случится. Умри для желания быть чем-то другим в этот момент. Сердцем и разумом позволь этому мигу остаться таким, какой он есть, а себе самому остаться собою. Потом, когда почувствуешь, что готов, иди туда, куда зовет тебя сердце, иди осознанно и решительно.

Не забывай о дыхании

Оно поможет обрести сосредоточение, как якорной цепью к причалу, прикует тебя к настоящему и направит туда, где блуждают твои мысли. Дыхание отлично выполняет эти функции. Привнеся осознанность в процесс дыхания, мы напоминаем себе о том, что находимся здесь и сейчас, что мы полностью пробудились к происходящему.
Чтобы использовать дыхание для развития полноты осознания, просто настройся и ощути его... ощути, как дыхание входит в твое тело и как покидает его. Вот и все. Просто чувствуй дыхание. Дыши и знай, что ты дышишь. Нет нужды дышать глубоко или концентрироваться на дыхании. Не пытайся ощутить что-то особенное и не размышляй, правильно ли ты дышишь. Не думай о дыхании. Просто осознавай, как дыхание входит в твое тело и покидает его.
Это может получиться не сразу и на короткое время. Дыша таким образом, мы мгновенно возвращаемся к настоящему, только переместив фокус внимания. Великое приключение ожидает тебя, если ты остановишься и соединишь мгновения в осознании вдох за вдохом, миг за мигом.

ПОПРОБУЙ: Осознавая каждый полный вдох, каждый полный выдох, рассудочно открыться и освободиться для одного этого мига, одного этого вдоха. Отбрось всякое стремление добиться чего-то или свидетельствовать чему-то. Просто возвращайся к дыханию, когда заметишь блуждание рассудка, нанизывай мгновения полноты осознания одно за другим, вдох за вдохом. Проделывай это время от времени, пока читаешь эту книгу.

Кабир спрашивает: “Ученик, скажи мне,
что есть Бог?”
И отвечает: “Бог есть дыханье дыхания”.
КАБИР*

http://i7.pixs.ru/storage/2/9/9/1086688jpg_6931331_10455299.jpg

Тренировка, тренировка, тренировка...

Она помогает продолжить начатое. Подружившись с дыханием, ты сразу увидишь, как вездесуща неосознанность. Дыхание учит, что неосознанность не просто присутствует вокруг тебя — она вездесуща. Дыхание вновь и вновь доказывает тебе, что не так-то легко соединиться с ним, даже если очень желаешь этого. Самые разные вещи вторгаются, отвлекают тебя, мешают сосредоточиться. Видишь, как захламлен твой рассудок за долгие годы — будто чердак, набитый старыми сундуками и отслужившими свой век вещами. Знание этого — огромный шаг в нужном направлении.

Практика — не только повторение

В практике развития осознания мы всем своим существом стремимся прочувствовать каждый свой миг. Сам “труд”, в обычном смысле этого слова, исчезает. Остается только настоящий миг. Не пытаясь совершенствоваться, ни к чему не стремясь, не рассчитывая на прозре¬ния и откровения, мы лишь ищем пути к полностью осознанному взаимодействию с настоящим, желаем слиться воедино с покоем и полнотой осознания, хотим с беспристрастностью ощутить пребывание здесь и сейчас.

Нет сомнения, что в результате постоянных тренировок в сочетании со смиренным упорством покой, полнота осознания и беспристрастность воцарятся в твоей душе и будут шириться. Будут и откровения, и прозрения, придет и ощущение глубочайшего покоя и радости. Но не стоит утверждать, что цель тренировок — вызывать подобные ощущения, которые якобы чем чаще испытываешь, тем лучше.

Смысл полноты осознания заключен в труде ради самого труда, цель ее: научиться принимать каждый грядущий момент — приятный ли, неприятный, хороший, плохой или просто отвратительный — и существовать в нем. Ведь этот момент — то единственное, что ты сейчас имеешь. При таком отношении сама жизнь обернется тренировкой, и вдруг окажется, что ты занимался и эти занятия изменили твою жизнь, и отныне ты будешь учиться медитации и искать совета у самой жизни.
Ты не можешь остановить волны,
но ты можешь оседлать их
   
Не понимающие сути медитации считают ее какой-то внутренней манипуляцией, которая, как по мановению волшебной палочки, вдруг разгладит волны, и на “поверхности” рассудка воцарятся покой, мир, безмятежность. Но не разгладишь озерной волны, прижав к поверхности кусок стекла. Никаким усилием не подавишь волнений ума — даже пытаться глупо. Этим можно усилить внутреннюю напряженность и сопротивление, но покоя не обретешь. Однако не думай, что покой вообще недостижим. Просто его нельзя обрести, лихорадочно подавляя природную деятельность рассудка.

Медитация поможет тебе укрыться от самых сильных порывов ветра, который будоражит твой рассудок, и основные возмущения постепенно улягутся из-за нехватки внешних впечатлений. Только рано или поздно ветер разума и ветер жизни задуют снова, что бы ты ни делал. Медитация включает в себя знание обо всем этом и учит, как с этим быть.

медитация определяется не конкретным ощущением, а скорее способностью ощущать то, что ощущается. Медитация — не средство опустошения и успокоения рассудка, хотя в процессе ее действительно воцаряется ощущение покоя, и над этим нужно работать систематически. Медитировать — значит прежде всего дать рассудку возможность пребывать в естественном состоянии и познать ощущение бытия в настоящем. Ты никуда не стремишься попасть, позволяешь самому себе оставаться там, где находишься.
Конечно, медитация потребует немало сил и намерения слиться с нею воедино. Каждый может прислушаться к своему дыханию и созерцать течение собственных мыслей. Хотя и сидеть вовсе не обязательно. Можно медитировать на ходу, стоя, лежа, на одной ноге, на бегу, в ванне. А вот удержать это состояние хотя бы на пять минут поможет только намерение. Чтобы сделать медитацию частью своей жизни, потребуется дисциплина.

http://i7.pixs.ru/storage/3/0/9/434617056j_1973618_10455309.jpg

Делание неделания

Медитация синонимична практике неделания. Мы не стремимся добиться совершенства действия или результата. Мы стремимся узреть и уяснить по-настоящему, что все вокруг нас существует именно в таком виде, как есть. Здесь речь идет о том, чтобы суметь удержать настоящее во всей его полноте, ничего не навязывая от себя, принимая его чистоту, новизну его возможностей, дающих жизнь следующему мгновению. И потом уже, зная, “что есть что”, с ясным взором, осознавая, что ты знаешь не более того, что знаешь, — начать действовать: сделать движение, поменять положение, использовать возможность. Это еще называют “войти в поток”. Один миг плавно и без усилий перетекает в другой и плывет по течению полноты осознания.

ПОПРОБУЙ: На протяжении целого дня ощущай прелесть каждого мгновения, самого обычного, пусть ничем не примечательного и даже тяжелого. Все больше и больше развивай в душе непротивление жизненным обстоятельствам, ничему не споспешествуй, не отвергай того, что не укладывается в твои представления о должном ходе вещей. Попробуй почувствовать те самые “пустые пространства”, сквозь которые можно легко проскользнуть. попытайся ощутить в себе новую способность воспринимать, принимать и реагировать на чудо каждого мгновения.
Ты открыт внутреннему слуху, втуне ты возделываешь почву под всходы семян полноты осознания.

Терпение

Однажды, если ты действительно ничего другого не будешь искать, терпение придет к тебе само. Будто напомнит: все в свое время.
Терпение есть вечная альтернатива свойственным разуму нетерпеливости и нетерпимости. Поскреби верхний слой нетерпения — и обнаружишь один только гнев. То есть колоссальное сопротивление естественному ходу вещей и стремление возложить на кого-то (часто на себя самого) вину за все это.
Мы занимаемся медитацией, и каждый раз, остановившись, усевшись, слившись с потоком дыхания, мы воспитываем в себе терпение. И призыв открыться, терпеливо прикоснуться к настоящему естественным образом начинает проявлять себя в любое мгновение нашего существования. Мы знаем, что все происходит в согласии с внутренней природой вещей. Так дадим же процвесть своим жизням! Не позволим тревогам и претензиям на результат затуманить сущность мгновения. Всем этим мы стремимся привнести в настоящее гармонию и понимание того, что в терпении — мудрость, что грядущее во многом определится нашим настоящим.

Достанет ли тебе терпения дождаться,
пока муть уляжется и воды станут прозрачны?
Способен ли ты в неподвижности
ждать рождения верного жеста?
ЛАО-ЦЗЫ. Дао дэ цзин

Добьюсь ли победы сегодня, приду к ней
спустя десять тысяч иль миллионов лет,
Спокойно сегодня приму ту победу и так же
спокойно могу подождать.
УОЛТ УИТМЕН. Листья травы

ПОПРОБУЙ: просто дыши, дай всему идти своим чередом, растворись в терпении, слушай. Если река велит тебе сделать что-то, подчинись, но все делай осознанно. Потом снова повремени, терпеливо подожди — и вновь прислушайся.
Отдавшись мягкому течению дыхания во время медитации, отметь, как ты порою мысленно стремишься отвлечься, пытаясь убить время или противясь ходу вещей. Не потеряй самого себя в этот момент, терпеливо дыши, наблюдай внимательно за всем, что происходит в данный момент, не вмешиваясь, ничего не навязывая, — просто наблюдай и дыши, стань воплощением покоя и терпения.

0

103

Легко и свободно - Спонтанная ваджрная песня Гендюна Ринпоче

Свернутый текст

Спонтанная ваджрная песня Преподобного Гендюна Ринпоче

Счастье нельзя найти
Великим усилием воли,
Но оно всегда присутствует - в непринуждённой открытости.
Не старайся натужно -
Здесь нечего создавать, нечего разрушать.
Всё, что ежеминутно возникает в этом уме, -
Совершенно не важно,
Совсем не реально.

Зачем же цепляться за это, удерживать,
Судить о вещах и о себе?
Лучше - пускай всё представление разыгрывается само,
Пусть волны явлений вздымаются и опадают -
Ничего не меняй, ни на что не воздействуй,
Смотри, как всё растворяется и появляется, снова и снова -
Бесконечное время.

Только наши поиски счастья не дают нам его увидеть.
Счастье - как яркая радуга,
Сколько за ней ни иди - никогда не поймаешь.
Напрасно собака ловит собственный хвост.
Покой и радость - не предметы, которые ждут тебя где-то, -
Они всегда с тобою, в каждый миг, прямо сейчас.

Не верь в реальность хорошего и плохого.
Все переживания - словно капризы погоды,
Словно радуги в небе.
Пытаясь ловить неуловимое, ты напрасно себя изнуряешь.
Отпусти, ослабь эту хватку!
- И пространство без края -
Вот оно,
Открытое, безмятежное и манящее.

Так используй же этот простор, эту свободу и лёгкость.
Ничего уже не ищи.
Не уходи в дремучие джунгли в поисках слона -
Великий пробуждённый слон спокойно стоит у тебя дома.

Нечего создавать, нечего разрушать.
Нечего брать силой.
Нечего хотеть.

Эмахо! Удивительно! Всё происходит само по себе.

*******************

Перевод Кармашиделингов

Счастье нельзя обрести
благодаря воле
или вымученному усилию,
оно всегда уже присутствует,
совершенное и полное,
в расслабленности и беспечности.

Не беспокойся, ничего не нужно делать.

Всё, что происходит в уме,
не имеет ни малейшего значения,
поскольку не является реальным.
Не хватайся за это. Не оценивай.
Пускай всё разыграется само
- появится и уйдёт -
ничего не меняй.

Всё растворяется и начинается заново,
беспрерывно.

Только наши поиски счастья
не дают нам его увидеть.
Это напоминает радугу, за которой мы идём
и которой никогда не достигаем;
поскольку счастья не существует,
и всё же оно всегда было здесь

и в каждое мгновение сопутствует тебе.

Не думай, что хорошие и плохие переживания реальны;
они как радужные миражи.
Желая достичь того, что невозможно объять,
Ты тщетно себя изнуряешь.
Как только ты „отпустишь" это стремление,
пространство покажет себя:
открытое, гостеприимное и удобное.
Так наслаждайся им.

Всё уже ждёт тебя. Не ищи более.

Не отправляйся в нехоженые джунгли,
чтобы найти слона,
который спокойно
стоит уже дома.

Ничего не делай.
Ничего не вынуждай.
Ничего не желай.
И всё произойдёт само собой.

0

104

Махамудра

Полностью - тут:
http://www.fshq.ru/ENCYCLOPEDIA_OF_BUDD … mudra.html

Согласно доктрине М., все явления несут на себе отпечаток истинной реальности, свидетельствующий о том, что они лишены собств. сущности. Обнаружить этот отпечаток позволяет раскрытие пустотной природы ума, а также тщательный анализ отношений между умом и явлениями.

М. «сердца» представляет собой непосредственное, лишенное каких бы то ни было внешних атрибутов (как то: медитация, визуализация или рецитация мантр) вхождение в природу ума. Такое вхождение может стать результатом особой передачи, к-рая называется «инструкция по идентификации» или «знакомство с [естественным] состоянием сознания», когда «коренной учитель» (цаве лама) непосредственно указывает ученику на природу его ума. Понятно, что к такому событию должны быть готовы как учитель, так и ученик.

Работа с сознанием в традиции М. разделяется на четыре стадии, или четыре йоги: 1) сосредоточение на природе ума, 2) освобождение ума от активности, 3) осознание тождества ума и явлений, 4) йога отсутствия медитации

http://i.pixs.ru/storage/8/5/8/NidalOlejp_4990675_10708858.jpg

Махамудра, Великая Печать,

Свернутый текст

Махамудра - высшее духовное учение школ тибетского буддизма, которое заключается в непосредственном пребывании практикующего в состоянии истинной природы ума. В классификации путей Буддизма не относится к Хинаяне, Махаяне и Ваджраяне, но может практиковаться в контексте Махаяны и Ваджраяны (так называемая Сутра-Махамудра и Тантра-Махамудра).
В противоположность постепенному пути сутр, который принимает «Путь в качестве пути», является непостепенным путем, принимающим «Плод в качестве пути». Подразделяется на Махамудра-основу, Махамудра-путь и Махамудра-плод.

Махамудра-основа описывает абсолютную истину как единство (недвойственность) природы ума — «ясности» (способности воспринимать) и сути ума — «пустоты», а также состояние заблуждения существ, существующего вследствие двойственного восприятия, при котором изначально пустая (то есть не обладающая никакими признаками самобытия) природа ума воспринимается как «личность», «Я», «эго» и т. п., в то время как ясность ума предстает в виде «внешних» по отношению к такой «личности» объектов. Такое ощущение отдельной, независимой и постоянной личности на тайном уровне, ведет к ...
определенные результаты, в частности, в виде «привычных тенденций» — самых тонких ментальных факторов. Они определяют как способ нашего будущего ложного дуалистического восприятия, так и последующие виды взаимоотношений с «внешними» вещами — реакции и действия, которые опять-таки засевают в ум определенные впечатления, формирующие привычные тенденции.
изначальное неведение — дуалистическое восприятие мира, основанное на ложном ощущении отдельности, независимости и постоянства личности (в действительности не являющейся ни отдельной, ни независимой, ни постоянной), а самым быстрым и прямым путем к его прекращению есть непосредственное пребывание в сути ума — нераздельности восприятия и пустоты, которое достигается благодаря следованию Махамудре-пути.

Махамудра-путь излагается в виде 4-х йог:
йога однонаправленности (или успокоения ума, тиб. — шине, санскр. — шаматха).
йога простоты (или проникающего видения, тиб. — лхагтонг, санскр. — випашьяна).
йога одного вкуса (санскр. рамасама).
йога немедитации (санскр. абхавана).

Суть первой йоги заключается в однонаправленной концентрации внимания на определенном объекте с целью предотвращения блужданий ума, вызываемых отвлечением на внешние объекты, эмоции и мысли. Таким образом, однонаправленность является методом, а успокоение ума — результатом данной практики.

Достигнув неотвлекаемого внимания, практикующий может переходить к исследованию природы собственного сознания посредством проникающего (в природу ума) видения, что является предметом йоги простоты. Здесь достигается непосредственное переживание неразделимости осознавания и пустоты и полностью устраняется цепляние за иллюзию личности, что приводит к Освобождению — достижению состояния за пределами страданий.

Следующим шагом является глубинное исследование природы внешнего мира и видение того, что, как и в случае с нашей иллюзорной личностью, истинной природой внешних объектов является пустое восприятие. Постижение того факта, что внешние объекты и ум являются неразделимыми, переживается как один вкус.

На четвертой ступени устраняются последние привычные шаблоны ума, в том числе, связанные с медитацией. Исчезает даже намек на различие между медитацией и состоянием после медитации. Обретается абсолютная устойчивость ума в недвойственном восприятии — Махамудра-плод или состояние Просветления.

Махамудра-плод — это реализация состояния будды, которое можно описать в контексте трех состояний, четырех активностей и пяти мудростей. Три состояния это: Дхармакайя — Состояние Истины — тождественно познанию пустоты и обретению абсолютного бесстрашия, Самбхогакайя — Состояние Радости — соответствует познанию неотделимого от пустоты восприятия (сознания) и обретению высшей радости, и Нирманакая — Состояние Излучения — проявленные из великого сострадания с целью принесения пользы существам «внешние объекты», как, например, Будда Шакьямуни.

Четыре вида активности это: успокаивающая, обогащающая, воодушевляющая и защищающая.

Пять видов мудрости: зеркальная — как результат очищения гнева, уравнивающая — результат устранения гордости, различающая — результат постижения истинной природы привязанности или желания, всесовершающая — результат преобразования ревности и зависти, и всепроникающая — результат устранения неведения.

«Песнь Махамудры», известная на тибетском языке как «Пхиг. Чен. Ганга. Ма.», является текстом Махамудры, составленным основателем этой традиции Тилопой и переданным им его ученику Наропе на берегу реки Ганг. Еще один текст, содержащий поучения Махамудры, был составлен Третьим Кармапой Рангджунгом Дордже (1284—1339), который отразил глубокую мудрость Махамудры в небольших стихах. Пояснения и перевод Махамудры Третьего Кармапы можно найти в книге Оле Нидала «Махамудра».

0

105

Стивен Левин - Постепенное пробуждение. Практическое введение в медитацию

Превосходная книга для тех, кто только начинает заниматься медитацией, и для тех, кто стремится к достижению духовного прорыва к самопознанию.
Книга "Постепенное пробуждение" написана общедоступным языком, акцент в ней делается на "любящей доброте" и сострадании к другим людям, а не на узко понятом преодолении своего эго.
Искренняя, практическая книга, автор которой делает Срединный Путь буддизма доступным для каждого человека.
"Стивен Левин описывает медитативную практику и ответственность перед обществом так, что эти темы не кажутся читателю ни слишком абстрактными, ни бессодержательными".


Полностью - тут:
http://e-puzzle.ru/page.php?id=4637

http://i019.radikal.ru/1303/7f/057587867cf7.jpg

Свернутый текст

Стивен Левин. Постепенное пробуждение. Практическое введение в медитацию

1. Осознавание

Для многих медитация - чуждое понятие, нечто отдаленное и зловещее, занятие,
участие в котором кажется невозможным. Но есть и другое слово для обозначения
медитации - это просто осознавание. Медитация и есть осознавание.

В этой книге предлагается простая буддийская практика внимательности, приводящая
нас к целостности, к естественной полноте. В основе практики - непосредственное
соучастие в каждом мгновенье настоящего с возможно большим осознанием и
пониманием.

В медитации эти качества усиливаются благодаря систематичным, ненатужным, но и
неослабным методикам. Чтобы развить сосредоточенность, мы избираем какой-нибудь
единственный объект осознавания; это тогда основной объект, и вниманию должно
"приходить на ум", возвращаться к нему и удерживаться на нем. Основное различие
между разными формами медитации, будь то трансцендентальная медитация, пляски
суфиев, проработка дзэнских коанов, медитации сидя, христианская молитва,
распевание мантры, прислушивание к потоку внутренних звуков, кружение света,
наблюдение ощущений внутри тела, методы зрительного воображения или слежения за
дыханием, - заключено в первичном объекте, сосредоточенность на котором
развивают в ходе медитации. Мы избираем некоторый основной объект и работаем с
ним, - будет ли он чем-то создаваемым нами в содержательной сфере, скажем,
повторением слов, или идеей любящей доброты, или чем-то таким, что уже всегда
присутствует, как ощущения в теле.

Внимательность к дыханию представляет собой мощное средство для развития
сосредоточенности. Дыхание - великолепный объект, потому что оно есть постоянная
часть нашего переживания, а также и потому, что дыхание изменчиво, и чтобы
сообразоваться с его изменениями, осознавание должно стать очень тонким.
Осознавание следит за ощущениями, которые имеют место одновременно с
естественными вдохами и выдохами. Осознавание проникает в тонкие ощущения,
сопутствующие каждому дыханию. Когда мы переносим внимание на уровень ощущения,
мы меньше вязнем в словесном уровне, на котором тон задает всё многоголосие
мысли, обычно находящееся во "внутреннем диалоге".

Этот "внутренний диалог" всегда комментирует, выносит суждения, планирует. В нем
содержится множество мыслей о себе, мнительности и робости. Он застит свет нашей
природной мудрости; сужает наше виденье того, что мы есть; производит много шуму
и привлекает наше внимание только к доле той реальности, в которой мы
существуем. А вот когда осознавание нацелилось и сфокусировано на вдохе и
выдохе, то все прочие аспекты ума и тела, как процесса, сами собою попадают в
отчетливый фокус при самом своем зарождении. Медитация вводит нас в
непосредственное соприкосновение с большей частью того, что мы такое, - т.е.
дает нам прямое переживание этого.

Когда, например, мы наблюдаем ум, словно проецируемый на экран кинофильм, то по
мере углубления сосредоточенности он, возможно, станет прокручиваться медленнее,
а это позволит нам заметить побольше из происходящего. А само это обстоятельство
углубляет наше осознавание и позволяет нам далее видеть этот фильм почти по
кадрам, показывая, каким образом одна мысль неощутимо ведет к следующей. И мы
увидим, что мысли, которые мы принимали за "себя" и считали "своими", окажутся
всего лишь разворачивающимися процессами. Так детальный обзор помогает сломить
наше глубокое самоотождествление с якобы твердой реальностью ума-кинофильма. В
меру того, что мы делаемся меньше вовлечены в эту мелодраму, мы просто видим,
как она течет, и сможем пронаблюдать ее всю, как она проходит. Мы не вовлекаемся
в действие даже настолько, чтобы высказать комментирующую оценку или на
мгновение проявить нетерпеливость.

Когда мы просто видим то, что происходит, миг за мигом, наблюдаем без суждений
или предпочтений, мы не теряемся в мыслях, вроде таких: "Этот миг для меня лучше
того, эта приятная мысль мне нравится больше, чем боль в колене". По мере того,
как мы приступаем к развитию этого осознавания всего без разбора, то, что
попадает в пределы поля осознавания, оказывается весьма примечательным: мы
начинаем видеть корень, из которого растет мысль. Мы видим то намерение, откуда
приходит поступок. Мы наблюдаем естественный процесс ума и обнаруживаем, сколь
много из того, что мы лелеяли и считали собой, есть по сути вещей безличные
явления, проходящие одно за другим.

Мы обнаруживаем, что нам на деле нет нужды задавать кому-либо какие бы то ни
было вопросы, нет нужды искать ответов вне самих себя. Когда мы проникаем в
поток, он оказывается ответом. Задавание вопроса и есть уже ответ. Когда мы
спрашиваем: "Кто я?" - мы есть те процессы, которые задают этот вопрос.

Когда осознавание проникает чуть поглубже, мы обнаруживаем, что наделили
мыслящий ум реальностью, которой он независимо от нас не обладает, - т.е.
абсолютной реальностью, не понимая, что он есть относительная часть чего-то
гораздо большего. Если отделаться от запойного думания, мы обнаруживаем, что
обычно замечали лишь немногое в необычайной активности сознания, и что
привязанность к думанию заслонила нам все остальное. Думающий ум - это нечто
совсем иное, нежели открытое осознавание без разбора, которое позволяет всему
раскрыться в должной мере. Думание выбирает мысли; оно работает, измеряет,
планирует; оно создает реальность вместо того, чтобы непосредственно переживать
то, что налицо и происходит каждое мгновенье.

Когда мы обращаем внимание на постоянное движение ума, мы видим, что даже
"наблюдатель" становится частью этого потока. Тот, который спрашивает: "Кто же
наблюдает?" - это еще одна мгновенная вспышка мысли, замеченной нами; нет
"никого", кто наблюдает; налицо только осознавание. Когда "я" становится всего
лишь еще чем-то, наблюдаемым в потоке, мы видим, что сами не отличаемся от чего-
либо прочего во Вселенной. Становится очевидной истинная природа бытия, потому
что не остается ничего отдельного, ничего препятствующего нашей тотальности. Мы
видим: то, что вызывает движение одной мысли и ее переход в другую, - это все та
же самая энергия, которая движет звезды по небу. Разницы нет. Мы представляем
собой природное явление, такой же продукт условий, полный изменений, как океан
или ветер.

Мы видим, что природа сознания работает, отчасти напоминая руку Бога на
знаменитой фреске Сикстинской капеллы: она вытянута, чтобы дать жизнь ожидающему
ее существу, существу, готовому получить искру. И мгновенье за мгновеньем мы
получаем эту искру, искру сознания, способности познания. Ее приятие возникает
при соприкосновении осознавания с его объектом, зрения - с видимым деревом,
слуха - со слышимой музыкой, осязания - с осязаемой землей, вкуса - с выпиваемой
водой, обоняния - с обоняемым ароматом цветка, помысла - с содержанием
представления. От мига к мигу сознание возникает заново в связи с каждым
объектом чувств, включая внутренние чувства воображения и памяти. Это
возникновение и исчезновение всего, что мы знаем о своем жизненном опыте.
Вступление внимательности в этот процесс будет обнаружением ежемгновенного
начала вещей, длящегося творения Вселенной.

Достаточно интересно то обстоятельство, что именно этот акт творения оказывается
величайшей причиной превратного понимания в нашей жизни. Или, точнее говоря,
именно наше самоотождествление с этим текучим процессом, как с "я", и становится
проблемой. Как раз этот неверный взгляд на естественное развертывание лежит в
основе большей части нашей полусонной слепоты и иллюзий. Сознание само собой
возникает как результат соприкосновения осознавания и его объекта. Это
"познавание" есть следствие естественного процесса, который существует сам по
себе, без необходимости в добавочном "познающем" субъекте, в некоем "я", которое
так или иначе предполагает ответственность за этот по сути своей безличный
процесс. Это прокладочное "я" не дает нам участвовать в прямом переживании
потока, т.е. всеобщей природы нашего существа.

Ауробиндо сказал: "Быть сполна - значит быть всем, что есть". Переживания
приходят и уходят. Если мы отождествляемся с ними, притязаем на то, что они -
это "я" или "мои", оцениваем их или привязываемся к ним, если мы застреваем в
какой-то части текущего процесса, мы не видим, что явление, обозначенное как
"я", постоянно рождается и умирает, что как процесс осознавания, так и объект,
появляются и исчезают сотни раз в течение каждой секунды.

И когда осознавание глубже проникнет в этот поток, мы почувствуем, что
естественное состояние нашего бытия, которое кто-то называет "умом мудрости" или "природой Будды", подобно солнцу: оно всегда сияет и всегда присутствует, хотя
часто бывает скрыто облаками. Мы отделены от своего естественного света облаками мысли, желаний и страхов, тучами обусловленного ума, ураганом "я есмь".

0

106

http://s018.radikal.ru/i518/1303/6f/63d2408054eb.jpg

2. Сила мудрости

Свернутый текст

Все мы обладаем знанием, все мы способны передать множество весьма далеко идущих идей. Но если "познаванию" не предшествует мудрость, тогда знание оказывается "с чужого плеча", чужим, не нашим пониманием, ему недостает глубины. Вот почему два человека могут пользоваться одним и тем же языком, чтобы передать одно и то же
содержание, но слова одного проникнут глубоко в наши сердца, тогда как слова
другого лишь рикошетом заденут ум. Сила переживания, скрытая за словами, бытие, скрытое за познанием, - это и есть мудрость, подлинная передача.

Назначение этой книги не в том, чтобы поделиться каким-то знанием, а в том,
чтобы указать, что мудрость можно обрести внутри каждого из нас; и что усилие,
потребное для установления равновесия ума, так чтобы он стал прозрачно-
сияющим, - все мы должны выполнить для себя сами. 

Один из аспектов силы мудрости - это ее способность прорваться сквозь то, что мы
прежде считали реальным. Всякий раз, когда мы узнаем что-то новое, мы отвергаем какое-то старое мнение; мы меняем мнения. А мудрость - это тишина, внутренний свет, в котором нам видно, что представляют собой мнения сами по себе, - не просто то, чем это мнение противоположно тому, но в чем заключается само обладание мнениями.

Когда начинаешь медитацию, становится вполне ясно, что все изменяется от
мгновенья к мгновенью. Посидишь минут пять, стараясь удержать внимание на
дыхании, и частенько думаешь: "Не могу удержать внимание на том, на чем хочется.
Оно уходит к этой мысли, затем к той, потом к этому ощущению, к тому запаху,
далее к какому-то звуку, а после него..." И замечаешь, что перед умственным
взором проходит один предмет за другим. Видно воочию, что все это - поток
постоянных перемен, приход и уход, и каждый миг ведет к следующему.

Это прозрение кажется до того простым, что его, вроде бы, и не стоит называть
мудростью. Но когда переживаешь изменчивость глубоко, когда глубоко понимаешь, что нет ничего постоянного, наша мудрость возрастает. А потом открывается вот что: ничто из желанного не в состоянии дать нам удовлетворения надолго, ибо все текуче, ничто не остается навсегда. Что бы это ни было - изысканнейшее кушанье, глубочайшее сексуальное наслаждение, сильнейшее чувственное удовольствие - ничто во Вселенной не может дать удовлетворения надолго; все придет и уйдет. Именно это состояние дел, сообщающее нам такую тонкую неудовлетворенность, едва заметное чувство тошноты, мы носим внутри себя большую часть времени, даже тогда, когда получаем то, чего хотим, - потому что в глубине души знаем, что в конце концов все изменится.

К примеру, понятие дерева - это крупная и устойчивая вещь, а не растущий и меняющийся организм с едва заметными отличиями от любого другого представителя своего вида, меняющийся под влиянием погоды, подверженный внешним воздействиям и условиям. Для мира, полного изменений, у нас имеются застывшие, неизменные понятия - ярлыки; и это, конечно, порождает разрыв между понятием и реальностью, результатом чего будет напряжение. Мы реально не видим реальности. Мы видим только отбрасываемые ею тени, и вот эти-то тени и есть наши понятия, наши определения, наши представления об этом мире. Привязанность к таким понятиям создает желание, чтобы мир соответствовал нашему представлению о том, каким ему быть; но перемены зачастую сталкивают наши представления с весьма отличной от них реальностью, что
может вызвать в нас чувство гнева или поражения; и мы окажемся как-то
отъединенными от истины вещей из-за негибкой связанности своею точкой зрения.

Любопытно, что среди всех этих перемен мы обычно переживаем не столько то, что происходит, а то, что думаем о происходящем. Сидя и слушая, мы не переживаем слушанья; мы переживаем до некоторой степени текущий комментарий к тому, что говорится, возможно, суждение или сравнение со сходными понятиями, или поток мысленных ассоциаций, вызванный в памяти разговором. На одном уровне, конечно, все, что действительно происходит, - это движение звука в воздухе, который давит на наши барабанные перепонки; благодаря памяти и механизмам восприятия ум узнаёт то, что говорится.

Итак, мы видим, что наши переживания - это переживания не того, что
действительно происходит, а скорее переживания мира мысли. Большая часть нашего переживания - это сноподобное отражение в уме. Мы переживаем не столько само виденье, сколько то, что думаем о видимом, не столько то, что слышим, сколько то, что думаем о слушаемом.

Очевидный пример того, как много мы вкладываем в сферу мыслимого, принадлежит нашему отношению к чувству осязания. Например, мы протягиваем руку, чтобы коснуться своего сексуального партнера, и это считается приятным ощущением; но когда рука касается кучи отбросов, это ощущение считают неприятным; или, если она прикасается к стене, ощущение можно считать безразличным. Но все, что действительно происходит, - это давление на кончики пальцев; все остальное - это понятийные мыслеформы, проецируемые желанием и обусловленностью.

Большую часть нашего мира наплел ум. Сила мудрости состоит в том, чтобы
пробудить нас для прямого переживания вещей такими, каковы они есть. Она
рассеивает нашу сонную слепоту и дает нам возможность больше жить своей жизнью, а не просто переживать мир в области понятий, где то, что мы называем
реальностью, оказывается сном и тенью сна.

3. Нуждающийся ум

В основе обусловленного ума лежит нужда. Нужда принимает много форм. Нужно
пребывать в безопасности; нужно быть счастливым. Нужно выжить; нужно быть
любимым. Есть и особые нужды: желанные предметы, дружба с кем-то, виды еды, тот или иной цвет, то или иное окружение. Есть нужда не испытывать боли. Есть и
нужда быть просветленным. Наконец есть и нужда в том, чтобы вещи были такими,
какими нам хочется.

Наши мечты представляют собой воображаемые образы получения того, что нам нужно; кошмары - воображение отделенности от того, что нам нужно. Планирующий ум старается обеспечить удовлетворение потребностей; вообще большая часть помыслов основана на удовлетворении желаний. Поэтому многие помыслы имеют своим корнем неудовлетворенность тем, что есть. Нужда есть требование к следующему мгновению содержать то, чего не содержит настоящее. Если в уме существует какая-то нужда, то такой момент ощущается как неполный. Нужда представляет собой поиски где-то в другом месте. Полнота есть пребывание именно здесь.

Когда видишь, насколько глубока нужда, присущая уму, видишь и глубину
неудовлетворенности, потому что нужду удовлетворить невозможно: едва покончишь с одним желанием, так будет другое. И пока мы пытаемся удовлетворить желания, мы растим нужды.

По иронии вещей, когда переживаешь глубину неудовлетворенности в нуждающемся уме, то за этим следует великая радость. Ведь когда видишь, что никакой объект ума не может нас сам по себе удовлетворить, тогда ничто возникающее уже не увлечет нас; и начинаешь освобождаться, потому что нет ничего, за что стоило бы цепляться. Чем лучше видишь, как нуждается ум, тем лучше видишь и то, как эта нужда затемняет настоящее. Уразумение того обстоятельства, что нет ничего, за что стоит цепляться, т.е. ничего, способного обеспечить удовлетворение надолго, показывает, что нам некуда идти, нечего иметь, не надо быть чем-то; это и есть свобода.

  это видение избавило меня от множества вожделений, от
помыслов, что-де все мои желания должны быть удовлетворены, о том, что я
принужден реагировать на все, что возникает у меня в уме. Я увидел, что вещи
способны как-то существовать, не вызывая необходимости ответных действий,
суждений или даже отталкивания. Можно просто их наблюдать.

Когда я увидел, как обширно, как могущественно желание в уме, я испугался. Я
подумал, что отсюда нет выхода; и не понимал, что та сила, благодаря которой я
распознал это состояние страдания, сама по себе была выходом. Постепенно зрелище неудовлетворительной природы большей части содержания ума стало открывать мне путь к свободе. Когда мы видим, что предмет нашего влечения объят пламенем, мы перестаем тянуться к нему. Ум понемногу меняет обусловленность, чтобы видеть то, что он делает.

Когда нужда становится объектом наблюдения, мы наблюдаем ее с ясным вниманием, которое не окрашено суждением или выбором; это простое, голое внимание без всяких примесей, открытость для восприятия вещей такими, каковы они есть. Мы видим, что нужды - это автоматические, обусловленные требования в уме. И мы наблюдаем эти нужды, не оценивая себя за это. Мы не хотим нетерпеливо избавиться от этой постоянной нужды. Мы просто наблюдаем ее.

И только такое голое внимание, такое отсутствие нужды, способное быть на месте в нужный момент, обладает силой освободить нас, освободить нашу подневольную
реакцию на нужду. Связь рвется, нас перестает обусловленно тащить в сторону
удовлетворения наших нужд. Каждое мгновение отсутствия нужды - это мгновенье
свободы. Внимательность не мешает существовать этому отсутствию нужды. Когда
налицо одно лишь чистое внимание, тогда существует только наблюдение, тогда нет нужды. Если наблюдаешь желание, нужда перестает искать объект, чтобы
удовлетвориться, и сама нужда становится объектом внимания; тогда поглощается
тот импульс, который ведет к поступку.

Когда начинаешь видеть, что освобождает нас, а что нет, начинаешь также отличать то, что создает большее вожделение, более болезненную нужду, от того, что приведет тебя к мудрости и сделает свободным.
  когда мы сами ощущаем вкус свободы, то сам этот вкус убеждает нас.

  Естественная деятельность ума - блуждания. Словно обезьяна, прыгающая с одного дерева на другое, он перескакивает с одной мысли на другую. Если он уже пришел в движение, он просто движется. Помыслы думают себя. 
Поэтому мы наблюдаем ум, пользуясь им как средством, чтобы увидеть то, что
скрывается за ним.

0

107

Внимательность к дыханию

Для развития такой внимательности культивируется сосредоточение на дыхании, как на первичном объекте внимания; это не мысль о дыхании, а острое и постоянное осознание ощущения дыхания. Внимание направлено именно на это осязательное чувство.

Есть две главные зоны

Свернутый текст

, где ощущение дыхания всего заметнее. Лучше всего взять
одну из них и оставаться на ней. Касание дыхания можно легко почувствовать в
ноздрях. Это первый из объектов сосредоточения, предлагаемых на выбор. Если
избирается именно он, мы не следуем за входящим и выходящим дыханием; мы просто остаемся в одной этой точке, выбранной около кончика носа или в ноздрях, - там, где ощущение более всего заметно, - и отмечаем ощущение проходящего дыхания. Мы выбираем точку соприкосновения и устанавливаем на этом месте осознание, ведем отсюда наблюдение. Это - не какая-то умственная картина, а физическое ощущение.
Мы можем чувствовать, как дыхание входит и выходит. Мы открываем свое
осознавание, чтобы сфокусировать его на переживании ощущения, и содействуем
возвращению осознавания к этому месту.

Такое осознавание ощущений, сопровождающих каждое дыхание, становится как бы авансценой внимания. Хотя в скрытых глубинах нашего существа могут возникать мысли и другие ощущения, не требуется никакой энергии, чтобы их удалять или как-то на них воздействовать. Они приходят и уходят, как им заблагорассудится. Если они отвлекают внимание от дыхания, мягкая настойчивость при возвращении его к дыханию и усиливает сосредоточенность, и культивирует способность к освобождению от них.

Другой участок, где дыхание вполне заметно, - это та область, где поднимается и
опадает живот. Внимание наблюдает ощущения подъема и падения, когда они
происходят сами по себе с каждым новым дыханием. Дыхание станет тонким; но мы наблюдаем его таким, каково оно есть; нам не нужно ничего делать. Это не какое-то дыхательное упражнение, а упражнение в осознавании.

  Переходить с одного
места на другое - все равно, что копать для колодца несколько пустых скважин.
Если мы хотим докопаться до воды, мы копаем землю прямо вниз на одном месте.

Это захватывающий процесс. В действительности нет никакой цели, кроме познавания того, что происходит именно сейчас.

Отметки

На ранних ступенях практики мы можем пожелать в качестве вспомогательного приема делать в уме отметки - "вдох" при каждом вдохе через ноздри и "выдох" при каждом выдохе;  Отметки могут быть весьма полезным орудием для того, чтобы удерживать нас в состоянии бдения по отношению к процессу настоящего момента, - например, такие отметки, как "помыслы, помыслы", когда вторгаются помыслы, или "пахнет, пахнет", когда воспринято дуновение какого-то запаха, или "слушанье, слушанье", когда мимо проезжает автомобиль. Отметки - это техника, которая удерживает нас в колее.

   Страх или похотливые мечтания представляют собой два особых примера, когда может потребоваться сознательное вспоминание, обеспечиваемое отметками.

Отметки позволяют нам мягко, но настойчиво оставаться со своим переживанием,
признавая все, что временно получает преобладание, как только то возникает.
Когда внимание занято привычным блужданием, мы обнаруживаем это блуждание и осторожно возвращаем его к дыханию. Мы не пытаемся принудить ум, не стараемся насильно удерживать его на объекте. Насилие создает неподвижность ума, особого рода целевое ориентирование, которое желает, чтобы вещи были другими; а это представляет собой давление на данный момент, попытку пробиться в будущее. Здесь налицо неуклюжий ум, ум, переполненный собой и деланьем.

Ощущения

Много разных ощущений можно отметить по мере того, как углубляется осознавание.
Когда мы получаем послания от тела, мы просто к ним прислушиваемся. Если мы
чувствуем неудобство, мы просто отмечаем его: "неудобство", - не напрягаясь, не
становясь жесткими. Если имеет место боль, мы расслабляемся кругом нее и
отмечаем ее: "боль, боль", - или каким-нибудь другим словом, естественным для
нашего чувствования. Лучше всего не двигаться, отмечая побуждение к движению,
побуждение избегнуть неудобства; дайте телу возможность просто сидеть. Чем тише будет тело, тем тише и ум.

Когда мы прислушиваемся к ощущениям - или с каждым дыханием, или в виде чувств внутри тела, - мы не находимся на том уровне, где производятся слова. Мы
прерываем внутренний диалог, постоянное комментирование ума, мы прорываемся
сквозь то место, где происходит думание, и переживаем процесс непосредственно.
Именно прямое переживание подобного рода раскрывает интуицию и прозрение,
свойственные уму-мудрости, что приводит ум лицом к лицу с собой.

Помыслы

Помыслы - это объекты ума. Их можно видеть, когда они, подобно пузырям,
пересекают поле сознавания. Обычно помысел сформулирован в словах; но он может выразиться и в зрительном образе или в каком-то запомнившемся чувственном впечатлении, пока не сорвется в галопирующей фантазии. При наблюдении помыслов важно не комментировать, не выносить суждений об их содержании, а просто ясно видеть их, когда они возникают. Думание о думании - это не медитация.

Мы следим за дыханием, и при этом появляются помыслы; мы можем отметить их:
"помыслы, помыслы" - и вернуться к отметкам дыхания.  Отмечайте просто, что это "помыслы, помыслы", и снова возвращайтесь к дыханию. Оставайтесь простыми и легкими.
   
возвращение к дыханию помогает нам открыть силу освобождения и углубляет нашу способность оставить обусловленное вожделение ума. Нет надобности тревожиться из-за того, что какая-то хорошая идея или решение какой-либо давнишней проблемы будут утрачены; то, что обладает ценностью, окажется в надлежащий момент доступным.

Углубление сосредоточенности - это естественный процесс, подобный способности
мускулов усиливаться при продолжительном пользовании. Всякий раз, когда мы
возвращаемся к дыханию, наша сосредоточенность усиливается. Ум может заметить это и сделать вывод: "Лучше выходит"; если не распознать в этом помысел, такое отношение становится отвлекающим умом, менее сосредоточенным на действии, а более создающим себя. Освобождение от "знания" позволяет нам переживать вещи непосредственно, каковы они есть.

Пока мы отождествляем себя с содержанием ума, мы не свободны по-настоящему.
Различие между пребыванием в рабстве и состоянием освобождения - это различие
между думанием и признанием помысла за помысел.

Волевое действие

Наблюдая намерение, предшествующее волевой активности, мы начинаем свергать власть желания с ее трона, - а ведь она бессознательно обусловливает наши действия; благодаря этому мы приобретаем чуть больше свободы в своей жизни. Перед каждым словом или жестом намерение незаметно предшествует активности; это переводит энергию от желания к действованию. Как можно отметить волевой элемент, ведущий ко все более и более далеким переплетениям и алчным желаниям ума, так же точно можно и увидеть, что именно это качество выбора, которое снова и снова возвращает нас к дыханию, при правильном его поощрении приводит жизнь к равновесию.

Состояния ума

возникающие состояния ума повторяются и, похоже, обладают собственной, совершенно независимой жизнью, - они возникают к бытию только для того, чтобы смениться следующим состоянием, которое расположится на покинутой сцене. Мы ловко прилепляемся к каждому из этих умов, принимая их за "я" и "мое", хотя они иной раз радикально отличны один от другого и по характеру, и по намерениям. В самом деле, любой объект или помысел, вошедший в поле осознавания, может попеременно, в сменяющихся мгновеньях ума, вызывать приязнь или неприязнь.

Внутри нас содержатся несовместные системы желаний, которые в одно мгновенье
могут оттолкнуть какой-то объект, а в следующее - страстно его пожелать. Эти
враждующие системы желаний могут желать сделать что-то в одно определенное, но не в другое время. Такие несовместные, противоборствующие состояния ума и
сопутствующие им суждения друг о друге являются причиной значительной доли того трения, которое мы переживаем в чувстве вины. Один ум возникает для того, чтобы за ним естественно последовал другой. Отождествление себя с одним качеством или настроением и отказ в существовании другому означает отрицание потока, захваченность болезненными завихрениями ума.

В какой-то отдельный момент состояние ума может быть радостно, или бодро, или
счастливо, или добро, тогда как в другой оно может быть гневно, или алчно, или
похотливо, или лениво. Ум на деле колеблется по тысяче раз в день между такими
различными состояниями. Вследствие этой изменчивости состояний ума некоторые
люди пытаются контролировать ум. Но я думаю, что важнее не давать уму
контролировать нас. Некоторым представляется, что медитация - это останавливание ума. Хотя это и достижимо ненадолго, это состояние не уменьшит чувства привязанности к уму; больше того, поскольку и в этом случае "кто-то" совершает "что-то", и такое достижение может даже подкрепить иллюзорное "я". От останавливания ума мудрости не получится; она возникает от понимания природы ума. Благодаря такому пониманию отпадает самоотождествление с умом и появляется возможность освободиться.

0

108

Осознавание без разбора

Ничуть не лучше наблюдать за одним объектом, нежели за другим. Идеальный объект - это просто то, что происходит в данный момент. Когда мы следим за умом при помощи так называемого "осознавания без разбора", то мы берем сосредоточенность, развитую на первичном объекте, и разрешаем уму ежемгновенно переживать все, что возникает; все, что получает преобладание, усматривается с не создающим привязанности осознаванием. Мы просто

Свернутый текст

следим без разбора за всем, что происходит. В такой открытости ума нет никаких суждений; она не предпочитает одного объекта другому. Это цель и метод разом; этим и красива такая медитация. Каждое мгновенье этой практики есть также и ее цель: внимательность, простая чуткость к тому, что есть.

Когда внимательность становится очень острой, мы начинаем видеть помыслы по-
новому, буквально переживая их возникновение и исчезновение, словно они
вставлены в рамку, - словно бы мы видели кинофильм, проецируемый на экране; мы рассматриваем смену одного кадра другим, исследуем отдельные элементы того, что раньше мнили единством, непрерывным потоком. Мы видим возникновение и исчезновение сознания, всего, что считали собой. Это дает возможность микроскопического рассмотрения ежемгновенного ума, рассмотрения бытия по мере того, как оно развертывается. Тогда то, что бывает бессознательным, становится сознательным. Ничто не встречает препятствий, ничто не прибавляется; целая Вселенная предстает, как хочет, и нам дарована благодать ее восприятия.

Мы как бы стоим на берегу ручья и наблюдаем все помыслы, плывущие вниз по
течению, подобно пузырям. И когда мы их наблюдаем, становится все яснее, что
некоторые из пузырей - это мы сами, наблюдающие ручей, что даже наблюдатель
являет собой всего лишь часть потока; осознавание просто переживает все, что
есть.

Поезд мысли

Может оказаться полезным такой наглядный образ медитативной практики: представим
себе, что мы стоим у железнодорожного переезда и наблюдаем проходящий мимо
товарный состав. В каждом прозрачном вагоне находится какой-то помысел. Мы
стараемся глядеть прямо вперед, в настоящее; но наши привязанности привлекают
наше внимание к содержимому проходящих товарных вагонов - мы отождествляем себя
с различными помыслами. Когда же мы направляем внимание на поезд, мы замечаем,
что в одном вагоне сервирован ужин; но мы только что поели, и ужин нас не
привлекает. В следующем вагоне - прачечная, где сушится белье, так что мы на
мгновенье размышляем о голубом полотенце, которое вывешено для сушки; но мы еще
раз быстро пробуждаемся к настоящему моменту, поскольку в следующем вагоне видим
какого-то человека, занятого медитацией; и мы вспоминаем, чем заняты сами.
Проходят еще несколько вагонов с помыслами, и мы ясно распознаем, что это
помыслы. А в следующем вагоне рычит лев; он преследует кого-то, похожего на нас.
Мы следим за тем, поймал ли он нас, пока вагон не скроется из виду. Мы
отождествляем себя с этим вагоном, потому что он для нас что-то "значит". Мы
испытываем к нему привязанность. Далее мы замечаем, что тем временем пропустили
все прочие, пробегающие мимо вагоны; тогда мы освобождаемся от своего очарования
львом и еще раз переводим внимание прямо вперед, в настоящее.

Мы удерживаемся на некоторых предметах и не останавливаемся на других. Поезд все
еще там; кажется, там же находится и безмолвный свидетель на переезде. Таковы
первые ступени попыток быть внимательными, первые ступени старания пребывать
здесь и теперь.

Затем, когда мы попривыкнем к осознаванию содержимого, мы начинаем отмечать сам
процесс прохождения поезда. Мы видим просто вагон за вагоном, и наше внимание
уже не следует за каждым стимулом; мы более не теряемся в следах прошлого или в
предвкушении того, что придет из будущего. Итак, мы глядим прямо вперед, не
отвлекаясь содержимым какого-либо вагона; но вот совершенно внезапно один из
проходящих вагонов взрывается; нас привлекает это зрелище, и мы прыгаем в вагон
и ввязываемся в происходящее там действие. Затем мы возвращаемся с кривой
усмешкой, полные понимания - это был всего лишь образ взрыва, всего лишь помысел
- вагон. И мы снова глядим прямо перед собой, только на процесс прохождения
вагонов; и вот в одном из них оказываемся мы сами, и мы бьем свою жену. В уме
тьма всякого хлама. А мы немедленно следуем за ним, сейчас же втягиваемся в
него; и это продолжается до тех пор, пока мы не начнем видеть безличную,
обусловленную природу всего процесса и его содержимого, пока не осознаем
совершенную текучесть его самого.

Затем, глядя прямо вперед, мы замечаем, что начинаем проявлять способность
видеть между вагонами. И мы начинаем видеть то, что находится по ту сторону
вагонов, по ту сторону помыслов. Мы чувствуем, что этот процесс совершается на
фоне неразличенной открытости, что ум ежемгновенно возникает и исчезает в
безграничном пространстве.

И когда мы ощущаем ту систему координат, внутри которой протекает вся эта
мелодрама, это переживание начинает освобождать нас от увлеченности - даже от
увлеченности страхом. Мы начинаем видеть: "А, опять эта штука со взрывом
вагона!" Или: "Снова этот сердитый начальник!" Что бы ни появилось, мы начинаем
видеть в появившемся часть процесса; мы видим то, что появляется, в некотором
контексте. Малый ум, отождествлявший себя со всем этим вздором, начинает расти и
расти, начинает включать даже самого себя в более обширный ум, настолько более
обширный, что в нем находится место для всего и каждого, включая и сам поезд, и
наблюдателя. А затем даже и наблюдатель, который стоит на переезде, оказывается
всего лишь содержимым одного из этих товарных вагонов, просто еще одним объектом
ума. И осознавание, не останавливаясь нигде, сразу же оказывается повсюду.

5. Руководство-инструкция по медитации на внимательности (випассана)

(Медленно, впитывая, прочесть для себя - или другу вслух)

Усядьтесь поудобнее, выпрямитесь; но не напрягайтесь. Пусть тело дышит просто и  естественно; направьте внимание на самую заметную точку для осязания, где есть соприкосновение с током воздуха, когда он входит в ноздри.

Направьте осознавание на ощущение касания с входящим и выходящим воздухом.
Установите внимание как караульного у городских ворот: он замечает всех, кто входит в город и выходит из него; но сам он не впускает и не выпускает, а только стоит на часах у ворот.

Удерживайте внимание только на одной точке и замечайте ощущение, сопровождающее каждое дыхание, когда оно течет в тело и вытекает из него в естественном дыхательном процессе.

Если внимание отклонилось, верните его к точке касания, замечающей дыхание, когда оно входит в ноздри и выходит из них. Отмечайте: "Вдох, выдох..." Не думайте о дыхании; даже не создавайте его зрительного образа.
Просто будьте вместе с ощущением, когда оно возникает во время касания воздуха, входящего в ноздри и выходящего из ноздрей.

Возникают звуки. Возникают мысли. Возникают иные ощущения. Возникает и исчезает весь фон происходящего.

А на переднем плане находится ежемгновенное осознавание ощущения входящего и выходящего дыхания. Ничто не отталкивается, ничто не вызывает желания. Налицо просто ясное, точное, мягкое наблюдение за дыханием. Внимательность к дыханию.

В теле возникают ощущения. В уме возникают помыслы. Они приходят и уходят, как пузыри.

Каждому мгновению ума разрешено возникнуть и исчезнуть силою собственного движения. Нет никакого отталкивания ума, никакой страсти к дыханию. Присутствует только мягкое возвращение осознавания к ощущениям вместе со входящим и выходящим
дыханием. Мягкое возвращение.

Осознавание дыхания - это передний план. А на заднем плане все прочее остается таким, каково оно есть;
но открытый, спокойный ум не липнет.

Каждое дыхание единственно в своем роде: иногда оно бывает глубоким, иногда поверхностным; оно всегда слегка изменяется. Дыхание в целом чувствуется входящим и выходящим; все дыхание переживается на уровне ощущения, прикосновения.

Дыхание лишь происходит само собой. Осознавание просто наблюдает. Все тело расслаблено. Глаза спокойны. Лицо расслаблено. Плечи опущены. Живот полный и спокойный.
Нигде никакой задержки. Только осознавание и дыхание.

Только сознание и объект сознания. Они ежемгновенно возникают и исчезают, скрываясь в обширном пространстве ума.

Не теряйтесь. Если ум отвлекается в сторону, осторожно, со спокойным
неосуждающим и непривязывающимся осознаванием, возвратите его к дыханию.
Отмечайте дыхание в целом от его начала до его конца, точно, ясно, от ощущения к
ощущению.

0

109

Тело дышит само собою. Ум помышляет сам собою. Осознавание просто наблюдает этот
процесс, не теряясь в его содержании.

Каждое дыхание по-своему единственно. Каждое мгновенье - целиком и полностью новое.

Если внутри тела возникнет какое-то ощущение,

Свернутый текст

пусть осознавание распознает его как ощущение. Отметьте его приход и отметьте его уход. Мы не думаем о нем как о теле, или как о ноге, или как о боли, или как о вибрации. Просто отмечаем его как ощущение –
и возвращаемся к дыханию.

Весь процесс идет сам собой. Осознавание от мгновенья к мгновенью наблюдает возникновение и исчезновение переживаний внутри ума и тела. Ежемгновенную перемену.

На переднем плане - осознавание дыхания, когда то само собою входит и выходит. Только дыхание и осознавание дыхания.

Отдайтесь дыханию. Переживайте дыхание. Не пытайтесь что-то получить от дыхания. Даже не думайте о сосредоточении.
Просто пусть осознавание проникнет до уровня ощущений, которые возникают сами собой и сами по себе.

Точка касания становится все более и более отчетливой и более напряженной вместе со входом и выходом каждого дыхания.
Ум делается заостренным на ощущениях, сопровождающих дыхание.
Если возникают помыслы, ясно отмечайте их движение в уме, их возникновение и исчезновение, подобное пузырям. Отмечайте их - и возвращайтесь ко внимательности к дыханию.

Если какая-нибудь мысль или какое-нибудь чувство становится преобладающим, осторожно, с открытым осознаванием, отметьте преобладающий элемент как "чувствование", или "думание", или "слушанье", или "вкушение", или "нюхание".
Затем мягко вернитесь к дыханию.

Не задерживайтесь на помыслах. Не определяйте их содержание. Только отметьте переживание помысла, входящего в ум и исчезающего, переживание чувствования, любого внешнего ощущения, которое возникает в данный момент и исчезает в следующий.

Возвращайтесь к ровному току дыхания. Без тяги к чему-либо, без отталкивания. Только с ясным осознаванием того, что преобладает в уме или в теле при своем возникновении.

Глубокое возвращение к пункту напряженного ощущения, которое служит отметкой прохождения воздуха при каждом полном дыхании.
Глаза полузакрыты; плечи опущены; живот расслаблен. Осознавание кристально чисто.
Преобладают все более и более тонкие ощущения.
Преобладают помыслы. Каждый из них ясно отмечен внутри сосредоточенного осознавания дыхания.

Наблюдайте его движение, постоянную смену одного объекта другим, одного дыхания другим, ощущения ощущением.
Эту постоянную перемену, подобную калейдоскопу.

Ежемгновенно объекты возникают и исчезают в обширном пространстве, в пространстве ума и тела. Спокойное, открытое осознавание, просто наблюдающее процесс возникновения и исчезновения. Осознавание всего, что получает
преобладание, возвращается к ощущению дыхания.

Возникают чувства. Возникают помыслы. "Планирующий ум", "судящий ум". Осознавание переживает процесс их движения.
Оно не затеряно в содержании.
Наблюдайте помысел, проходящий через обширное пространство ума.

Эти слова, возникающие из ничего, исчезают в пустоте. Только открытое пространство, в котором весь ум, все тело переживаются в виде ежемгновенных изменений.
Звук возникает и исчезает.
Чувство возникает и исчезает.

Все, кем мы являемся, все, что мы думаем о себе, - это пузыри внутри ума, которые приходят и уходят каждое мгновенье; они возникают и исчезают в беспредельном, открытом пространстве ума. Осознавание без разбора. Ежемгновенное осознавание всего, что возникает,
всего, что существует.

Все вещи, обладающие природой возникновения, обладают и природой исчезновения.
Все, о чем мы думаем как о "себе", исчезает от мгновенья к мгновенью.
Ежемгновенно все это просто видится таким, каково оно есть, совершенно приходит и уходит само по себе.

"Так следует вам думать обо всем этом мимолетном мире: звезда на рассвете, пузырь в потоке, вспышка молнии в летнем облаке, мерцающий светильник, призрак, сновидение".

Мудрость появляется в том уме, который пребывает в незнании, внутри спокойного ума, который просто есть. В том, чем обладает Будда, или Христос, или Мухаммед, нет ничего такого, что отсутствовало бы в нашем существе; это тот же самый родник, та же первоначальная природа, та же общая сущность. Освобождаясь от того, кем мы воображаем себя, освобождаясь от своей попытки контролировать мир, мы приходим к своему естественному существу, которое все эти годы терпеливо ожидало нашего возвращения домой.

Возможно, будет полезно дать дальнейшее определение выражению "освобождение". Освободиться - значит не задерживаться на чем-то, пришедшем на ум. Это выражение также означает переживание того качества осознавания, лишенного вожделения, которое ничего к себе из потока не притягивает, - переживание огромного простора, которое всегда просто не мешает всему приходить и уходить.

Мы лучше поймем этот простор, когда заметим, что обычно ум замыкается на каждом помысле. Ум принимает форму всякого входящего в него объекта. Ум думает о яблоке - и становится яблоком. Он думает о страхе - и сам становится страхом. Поэтому мы пришли к убеждению, что ум - это содержимое ума. Но ум есть содержимое ума не в большей степени, чем небо есть проходящие по нему облака. Это пространство, где проходят элементы его содержания, где они возникают и исчезают. Переживание этого простора и есть сущность отсутствия вожделения, освобожденности, наличия пространства для всего, способности не удерживаться ни на чем.

Когда мы вступаем в связь с этим открытым пространством вместо связи с его
содержимым, мы не привязываемся ни к чему, что проходит через него. Если
возникает страх или желание, оно оказывается видно изнутри окружающего его
простора. Мы не теряемся в нем, становясь им, а просто видим его как всего лишь
еще одно мгновенье, пришедшее без спросу, которое так же и уйдет.

Освобождаясь от всего, чем мы себя считаем, освобождаясь от мыслей о себе, как о
теле или об уме, как о человеке блестящего ума или тупице, как о святом или
глупце, мы наконец снова обретаем целостность и делаемся чутки к пребывающей
внутри нас Вселенной. Если мы освобождаемся от всего, мы можем иметь все. 

Развитие ума, который ни к чему не привязан, открывает путь к мудрости.
Возникают помыслы, чувствуются ощущения, внешние чувства открыты и восприимчивы; в просторе ума возникают предпочтения и мнения; но все это видится с ясностью, и нет никакого отождествления или вмешательства.

6. Образ себя и воображаемая личность

Таким образом, мы видим, что в просторе освобожденности возникает естественное равновесие. Благодаря нашему освобождению от путаницы возникает познание. Благодаря освобождению от гнева возникает любовь. Нам не приходится привносить любовь извне, нам нужно только освободиться от того, что ее не пускает. Благодаря освобождению от страха возникает спокойствие. 

В тишине медитативной практики увидеть зти препятствующие состояния и
освободиться от них довольно легко; но сделать это в течение дня не так-то
просто. Мы становимся забывчивы и снова впадаем в свои обусловленные верования и отождествления.  В повседневной жизни мы обнаруживаем, что, пользуясь той же самой техникой - простым узнаванием состояния ума, как мы это делали во время медитации, простым называнием его и освобождением от него пространства - "А, снова гнев!", или: "Ну, чувствую, что становится немного страшно!" - мы переводим это состояние в свет осознавания, и оно теряет свою огромную власть над нами. Даже если мы сможем распознавать состояние своего ума один раз в час, эта практика отметок происходящего, когда оно имеет место, уменьшит напряженность самоотождествления с такими состояниями и даст больше простора всему дню. Каждый раз, когда мы узнаем какое-то состояние ума, не осуждая его, а только отмечая: "Вот неуверенность", или: "Вот страх", или
"Глянь, вон беспокойство", - это ослабляет указанное состояние ума, укрепляя
способность освободиться от него.
   Простор, разрешающий всему быть таким, каково оно есть, который разрешает напряжениям распутаться, освобождает нас от болезненности сопротивления.

  Мы сами становимся состояниями ума вместо того, чтобы дать им возможность просто пройти через осознавание, не прилипая к ним. Способствуя этому обширному, свободному от отождествления осознаванию, мы освобождаемся от всех попыток вообще быть кем-то, вообще что-то получить; мы не сдерживаем потока и не ускоряем его; мы просто не мешаем ему пройти так, как он идет.

0

110

7. Критический ум

Критический ум имеет мнение обо всем. Из потока ума он отбирает то, чем, по его
убеждению, он должен быть, и отбрасывает все остальное. Он полон шума и старых знаний. Таково качество ума, который пристрастно поддерживает какой-то образ самого себя. Он всегда старается быть кем-то.

Критический ум надзирает за процессами всех наших помыслов и поступков и
постоянно, въедливо болтает. Это один из

Свернутый текст

голосов внутреннего диалога, который
поддерживает то, что, как нам мнится, является нашим "я". Когда вынесено
суждение, присутствует "кто-то", выносящий суждение, существует какое-то "я
есмь", вовлеченное в танец отождествления с явлениями, как "я", как некто,
совершенно отдельный от потока, от процесса. Все "да" и "нет" нашей жизни
способствовали укреплению его власти, все "хорошее" и "плохое", все "правильное" и "неправильное", все противоречивые идеи о том, какими "надо" быть вещам. Это жестокий и постоянный критик всего, что появляется внутри ума. Но, поскольку это всего лишь еще один из процессов ума, его можно ввести в свет понимания и освободиться от него.

Иногда, когда мы медитируем и оказываемся увлечены помыслом, у нас появляется
склонность думать: "Проклятье, я опять забылся в помыслах!" - т.е. склонность
следовать за блуждающими помыслами с привычными, осуждающими комментариями, а затем, когда мы узнаем свое осуждение, реагировать таким образом: "Черт возьми, я опять осуждаю!" Мы критикуем критический ум.

Когда возникает суждение, если мы признаем его объемлющим, свободным от суждения вниманием, мы ослабляем его хватку благодаря тому, что видим его с состраданием к процессу, которым являемся мы сами, с почтительным признанием огромной силы той обусловленности, из которой нам нужно выбраться. Мы окажемся затеряны тысячи и тысячи раз. Но освобождение от того, кем, как мы думаем, мы являемся, вместо его осуждения, помогает нам смягчить свою жизнь. Отождествление с помыслом побуждает к суждению. Если мы просто осознаем, что ум выносит суждение, когда он этим занят, если мы признаем это с открытой и ясной внимательностью, критический ум начнет растворяться.

Но этот ум, который комментирует самого себя с напряжением суждения, не пускает тот простор, в котором существует пространство для всего бытия в целом. Простор не приказывает чему-то прийти или чему-то остаться; он просто не мешает проявиться природе ума.

Для удержания этого простора, могущего признать осуждающий ум, не вынося о нем суждения, - требуется уравновешивающее действие. Если мы чересчур близки к какому-то помыслу или состоянию ума, если мы на самой их вершине, - то налицо давление, натуга, в которых для естественного потока не достает того
пространства, которое ему необходимо, чтобы стать видимым во всей своей
целостности.   Тонкое сообразование приходит благодаря доверию к интуитивной мудрости процесса.

Когда ясно отмечен критикующий ум, можно наблюдать его хрупкость. Мы видим, как мнения слепляются и растворяются подобно снежным хлопьям. Мы видим, что каждый комментарий подобен пузырю. Когда его касаешься осознаванием, становятся вполне очевидными его несубстанциональность, сущностная пустота. Приязнь и неприязнь со стороны критикующего - это всего лишь старая карма и штампы обусловленности. Но если мы реагируем на эти предпочтения подневольно, если отождествляем себя с ними, они становятся причинами новой кармы. Суждение может быть очень тонким; единственное мгновенье похвалы или порицания, приязни или неприязни поляризует весь наш мир. 
Мгновенье критикующего ума, затерявшегося в отождествлении со старыми
предпочтениями, - это мгновенье забвения, мгновенье незнания. Мгновенье
распознавания критикующего ума - это мгновенье свободы и мудрости.

  Мы не понимаем, что если ум легкий и нецеплючий, нас не захватывают мелодрамы, приносящие такую боль нам и другим людям. Мы можем
довериться осознаванию, которое не мешает усмотреть в суждении всего лишь часть потока, результат предыдущего обусловливания, который не обязан как-то
направлять или ограничивать весь этот обширный ум. Критикующий ум пытается
убедить нас, что мы должны быть постоянно идеальны, в лучшей форме, а если мы,
дескать, этого не сделаем, то станем совершенно не приемлемы для тех, в чьей
любви больше всего нуждаемся. Но на самом-то деле нашу способность любить и быть любимыми можно просто приравнять к нашей мере способности освободиться от отделённости, позволить, чтобы нас любили, благодаря освобождению от своего критикующего чувства неловкости.

В некоторых переводах йогических текстов мы слышим о "контроле над умом"; и это склоняет нас к мысли, что нам надобно оттачивать эту критическую способность контролировать ум. Но осуществлять подлинный контроль - это значит отпустить. Свободны мы, когда отпустили и не держим, потому что ничто возникающее тогда не в состоянии на нас повлиять - ни гнев, ни жадность, ни страх; и в нас нет ничего, на что они могли бы налипнуть.

Когда мы наблюдаем ум, не вынося суждений, мы ясно видим различие между думанием и следящей мыслью. Следящая мысль представляет собой отпускание, неудерживание содержания, когда мы осознаем процесс, видя пространство вокруг каждого объекта ума. Думание же - это погружение прямо в самую карму, которая порождает думу, объект, которая подкрепляет свою активность и в то же время усиливает свою способность вызывать отождествление и реакцию в будущем.

Христос сказал: "Не судите, да не судимы будете". 
Лучшим средством растворения критического ума окажется простое его узнавание без ценностного суждения, едва он возникнет.

Несколько лет назад я заметил, что в общественных местах ум у меня частенько
начинает судить незнакомых людей, находящихся рядом в комнате.  Я отмечал,
насколько я, по моему убеждению, был выше их. Ум, как будто погруженный в гипноз, непрерывно упражнял свою критикующую способность.

И вот я стал наблюдать его, не подавляя; я просто отмечал то, что он делает. Я
наблюдал, как он одним махом оскорбляет меня и сидящих рядом людей. По мере
того, как я работал с этим судящим качеством, я стал видеть, как осознавание и
растущее чувство космического юмора пробиваются сквозь это довольно липкое
состояние ума и чем дальше, тем больше ослабляют его власть. Я чувствовал, как
слабеет его голос, как он теряет свое могущество. Я наблюдаю, как ее привычная инерция истощается.

Бывают моменты, когда мы свободны от внутренней борьбы; бывают и другие, когда подспудное течение обусловливания настолько усиливается, что мы опять
втягиваемся в суждения. Когда голос осуждающего ума будет особенно громким, у
нас появится возможность снова открыть силу прощения самих себя. Открытость,
порожденная прощением самих себя, настолько велика, что она рассеивает
напряженность критического ума. Вместе с добротой к самим себе мы развиваем
сочувствие к тем трудностям, которые возникают во время постепенного
пробуждения. Мы испытываем глубокое уважение к процессу, который раскрываем, и медленно понимаем. Мы видим, что осуждать себя за то, каковы мы есть, - все равно, что осуждать небо за погоду или море за приливы и отливы. Приятие себя и обширное осознавание позволяют нам переживать нашу драгоценную жизнь такой, какова она есть, без осуждения, которое вызывает раскол. Если быть добрыми и пробужденными по отношению к самим себе и освободиться даже от чувства никчемности - это открывает нас для нашей целостности.

0