◄ Назад
▲ Вверх
▼ Вниз

Религия эзотерика философия анекдоты и демотиваторы на форуме о религиях

Объявление



Используя данный форум, вы даете согласие на использование файлов cookie, помогающих нам сделать его удобнее для вас. Подробнее
Политика конфиденциальности и защиты информации

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Кен Уилбер Интегральная психология.

Сообщений 11 страница 20 из 35

11

Между тем следование "у-вэй" подразумевает свободное парение в круговороте спонтанно возникающих переживаний и чувств, которое напоминает движение мяча, брошенного в горный поток, хотя в действительности при этом нет никакого мяча, кроме волн и вихрей на поверхности воды. Это свободное парение называют "течением вместе с мгновением", хотя оно может случиться лишь тогда, когда человек ясно видит, что в действительности никакое другое состояние невозможно, поскольку нет ни одного переживания, которое не происходило бы *сейчас*. Это течение-в-настоящем (*nunc fluens*) и есть Дао, и когда это становится ясным, многочисленные проблемы исчезают без следа. Ведь до тех пор, пока существует представление о нас, как о ком-то отличном от Дао, между "мной", с одной стороны, и "переживаниями", с другой, то и дело возникают всевозможные напряжения. При этом никакие действия, никакие усилия (*вэй*) не избавят нас от напряжения, возникающего вследствие разделенности знающего и известного, равно как никто не может дуновением развеясь тьму. Ее может развеять только свет, или интуитивное понимание. Как в случае мяча в потоке, при движении вниз нет сопротивления движению вниз, при движении вверх нет сопротивления движению вверх. Того, кто сопротивляется, быстро укачивает.

     Пьяница, свалившийся с повозки, может больно ушибиться, но он не умрет. Кости у него такие же, как у других людей, однако он переживает инцидент не так, как они. Его дух пребывает в безопасности. Он не осознает, что едет в повозке, равно как и не осознает, что вывалился из нее. Представления о жизни, смерти и страхе не могут проникнуть в его сердце, и поэтому он не страдает от столкновения с объективными сущностями. Если такую безопасность можно получить от вина, то что уж и говорить о безопасности, которую дает Спонтанность. {"Чжуан-тзы" 19

обращаясь то драконом, то змеей, пустишься парить и скитаться, не придерживаясь одного пути, меняясь день ото дня, не внимая ни хвале, ни осуждению. Взмывая вверх и погружаясь вниз, ты будешь почитать одну только гармонию мерилом своего совершенства. Ты будешь парить и скитаться вместе с источником десяти тысяч вещей, обращаясь c ними, как подобает относиться к вещам, и не позволяя им обходиться с собой, как с вещью, -- как при этом ты можешь навлечь на себя неприятности? {"Чжуан-тзы" 20
     #Обрати внимание на мои слова! Что касается тела, лучше всего дать ему возможность следовать вещам. Что касается эмоций, лучше всего предоставить им полную свободу. Следуя вещам, ты перестаешь отделять себя от них. Предоставляя эмоциям полную свободу, ты никогда не соскучишься. {Там же

     
     Однако будет не лишним еще раз подчеркнуть, что "ты" никогда не сможешь следовать "вещам", если ты не понял, что в действительности в тебя нет другой альтернативы, поскольку ты и вещи -- это один и тот же процесс, текущее-в-настоящем Дао. Ощущение, что между тобой и вещами есть различие, также относится к этому процессу. Делай, что хочешь, ты не можешь устранить это ощущение. Не делай, чего хочешь, ты все равно не можешь устранить это ощущение. Существует только поток и его разнообразные завихрения: волны, пузыри, брызги, водовороты и омуты -- причем этот поток *есть* ты!

     На этом можно было бы остановиться -- если бы не одно обстоятельство: на все вышесказанное современная аудитория, как правило, реагирует целым шквалом вопросов. Вместо того, чтобы реально пережить течение-в-настоящем -- после чего все само по себе прояснится, -- люди желают вначале получить всевозможные предварительные гарантии того, что это безопасно и полезно. Кроме того, люди хотят узнать, "работает" ли такое понимание в качестве жизненной философии. Разумеется, работает, причем очень эффективно, поскольку сила, или добродетель *дэ*, возникает спонтанно -- или, как сказали бы христиане, не по воле нашей, а по милости Господней. Ведь, если ты постиг, что ты -- Дао, ты непроизвольно начинаешь являть его магию, однако магия, как и милость, относится к вещам, на которые никто не может претендовать. Лао-тзы выразился так: "Когда свершаются добрые дела, Дао не претендует на них".

По аналогии с утверждением, что описанное Дао не есть подлинное Дао, можно сказать, что дэ (добродетель или добродетельность) как пример для подражания или предписание не есть подлинная дэ. Давайте напомним себе, что в основе даосизма лежит постижение того, что описание мира входит в состав подлинного мира, но не совпадает с подлинным миром. Как путь созерцания, это означает осознавать жизнь, не думая о ней, а затем продолжать осознавать ее даже во время мышления - так, чтобы мысли не путались с реальностью. Это звучит противоречиво лишь до тех нор, пока человек не пережил этого сам, следуя, например, указаниям, которые даны в конце второй главы

Добродетель в данном случае больше напоминает целительные свойства растения - близкие к силе и даже магии, если под магией понимать чудесные и благоприятные события, происходящие спонтанно.
Таким образом, дэ изначально присутствует в "чудесных" свойствах растений, в строении глаз и ушей, в кровообращении и строении нервной системы - поскольку все это возникает без нашего сознательного вмешательства. Поэтому в тех культурах, где принято ограничивать определение "я" умением управлять сознательным вниманием, все эти проявления приписывают внешнему Богу или же "бессознательному механизму"

Однако для даосов дэ не подразумевает ничего, кроме наших естественных проявлений, ведь "обычное сознание (син) и есть Дао". Кроме того, дэ - это необычная и поэтому примечательная естественность мудреца, его спонтанное не-само-сознательное умение вести общественные и практические дела, которое Джон Лилли назвал "контроль случайностей".
Высшая добродетель (дэ) [преднамеренно] не
добродетельна,
И поэтому есть добродетель.
Низшая добродетель не перестает быть
добродетельной,
И поэтому не есть добродетель.
Высшая добродетель не прибегает к силе,
Однако ничто не остается несделанным.
Низшая добродетель использует силу,
Однако ничего не достигает.

Величайшее совершенство кажется несовершенным;
Но использовать его можно без конца.
Величайшая полнота кажется пустой;
Однако польза от нее безгранична.
Величайшая прямизна кажется кривой.
Величайшая искусность кажется, неуклюжей.
Величайшее красноречие кажется
косноязычным.
Лучший воин не похож на воина;
Лучший боец не впадает в ярость;
Лучший завоеватель не принимает участия в походе;
Лучший работодатель держится скромнее своих
работников.
Однако все это не предполагает сознательного самоуничижения, само наказания или напускного смирения в присутствии Того, Кто больше нас самих. Это больше напоминает невинную практичность кошки - мудрец "знает" неестественность мира людей, но остается свободным от нее.
Можно сказать, что дэ есть природная добродетель, основанная на внутреннем чувстве и тем самым отличающаяся от искусственной добродетели, основанной на выполнении заповедей
Чжуанцзы говорит, что иметь причудливый ум может оказаться полезнее, чем иметь причудливое тело. Он сравнивает горбуна с огромным деревом, которое достигло большого возраста благодаря своей добродетели: оно бесполезно для людей, так как его листья несъедобны, а его ветви извилисты и покорежены. Здоровых и стройных, с общепринятой точки зрения, молодых людей набирают и армию, прямые и ровные деревья срубают на древесину, тогда как мудрец остается совершенным в обличии несовершенства, подобие которому мы видим в сучковатых соснах и скалистых холмах на китайских пейзажах.
- В чем тайна твоего искусства?
- Тайны нет, ваше высочество, - ответствовал Цин, - и все же что-то такое есть. Когда я собираюсь сделать подставку, я забочусь о том, чтобы моя созидательная энергия была на высоте. Прежде всего я довожу ум до полного покоя. Проходит три дня в этом состоянии, и я забываю о награде, которую могу получить. Проходит пять дней, и я забываю о славе, которую могу приобрести. Проходит семь дней, и я перестаю осознавать свои четыре конечности и физическое состояние. Затем я забываю о том, что выполняю заказ императорского двора, и мое искусство становится совершенным, а все внешние препятствия уходят.. То, что кажется сверхъестественным в моей работе, появляется исключительно благодаря этому
Ланцелот Уайт пишет:
Мысль родилась из неудачи. Когда действие удается, ничто в нем не привлекает нашего внимания; мыслить же означает свидетельствовать о недостаточной приспособленности, и чтобы рассмотреть последнюю, мы должны остановиться. Лишь в том случае, когда человеческий организм в какой-то ситуации не может достичь желаемого результата

Однако даосы говорят также, что человек имеет больше шансов выжить тогда, когда он не одержим стремлением любой ценой продлевать свою жизнь, и что сила (дэ) открыта для тех, кто не ищет силы и не прилагает усилий.

Беспокоиться о выживании означает изнурять себя, тогда как искать могущества и использовать силу означает перенапрягать себя. Больше всего шансов на выживание имеет человек, плывущий по течению без усилий, - ведь Иисус тоже учил, что не нужно заботиться о завтрашнем дне,

Однако не вызывает сомнений, что попытки перестать беспокоиться - это все еще стремление контролировать, тогда как в духе у-вэй вы должны предоставить себе свободу беспокойства, "дать уму волю думать, о чем он пожелает" (Ле-Цзы).

Перспектива реальной смерти и страх перед возможным несуществованием придают жизни выразительность и важность.

0

12

У Кена Уилбера отличная книга. Очень многое расставила на места.
Интересно, что многие идеи практически те же, что и у Гурджиева и Флоренского.

0

13

http://i062.radikal.ru/1306/92/c66c58566066.jpg

0

14

Сянь-даосизм, со всеми его йогическими и алхимическими практиками для достижения бессмертия или, по крайней мере, долголетия, почти во всем был противоположностью учений Лао-Цзы и Чжуанцзы. Такие практики, должно быть, существовали уже во времена Чжуанцзы, потому что он высмеивает их:
Делать вдох и выдох, втягивать воздух и снова его выпускать, потягиваться, как медведь, или изгибаться, как цапля, заботясь лишь о долголетии, - все это надуманное Дао (дао-инь), которое практикуют гигиенисты, надеющиеся прожить столько, сколько Пэн-Цзы.

поскольку пробужденный знает, что подлинные сиддхи - это все происходящее во вселенной.
Позволь уху слышать то, что оно желает слышать, позволь глазу видеть то, что он желает видеть, позволь носу обонять то, что он желает обонять, предоставь устам говорить то, о чем они желают говорить, пусть тело занимает положение, в котором оно чувствует себя удобнее всею, пусть ум делает псе, что пожелает. Все, что ужи желают слышать, - это музыка, и лишить их этого означает ограничить слух; все, что глаза желают видеть, - это чувственная красота, и лишать их этого означает уязвить зрение; все, что нос желает обонять, - это душистые растения шу (кизил) и лан (орхидея), и лишиться их означает ущемить обоняние. Все, о чем уста желают говорить, это о хорошем и плохом, и если им это запретить, знания будут неполными. Все, что нужно телу для комфорта, - это тепло и хорошая пища; не дайте ему этого, и вы лишите человека самого естественного и существенного. Все, о чем мечтает ум, - это свободно путешествовать по своему усмотрению, и если у него не будет этой свободы, сама природа человека окажется подавленной и извращенной. Тираны и угнетатели притесняют нас всеми этими способами. Давайте же избавимся от них и будем счастливо жить до самой смерти Ле-Цзы
Однако этот отрывок легко может быть понят неправильно, если его прочесть в отрыве от идеи Чжуанцзы о "голодании сердца (ума)" (син чжай). Мнение Чжуан-Цзы поэтому поводу снова вложено в уста Конфуция, который обращается к тому, кто долго и безрезультатно голодает по религиозным или каким-то другим причинам.
Ты пытаешься объединить себя и поэтому слушаешь не ушами, а сердцем; ты слушаешь не сердцем, а духом (ци). * [Позволь] слуху прекратиться в ушах, [позволь] мышлению (или символам) прекратиться в уме. Тогда дух станет всеобъемлющей пустотой, которую включает в себя одно лишь Дао. Эта пустота и есть голодание сердца (ума).

Некоторые наши психотерапевты говорят в таких случаях: "Оставьте свой ум в покое!" - что явно соответствует представлению Чжуанцзы о "голодании ума". Таким образом, "попытки объединить себя" сводятся к стремлению подчинить организм авторитарному правлению. Здесь можно провести параллель с психологией индийской йоги. В "Гите" говорится:
Человек, достигший единства с Божеством и познавший истину, мыслит: "Я не делаю ничего", ибо в видении, слышании, осязании, обонянии, вкушании, ходьбе, сне, дыхании, речи, поглощении, выделении, открывании и закрывании глаз - во всем этом он осознает, что только органы чувств заняты чувственными объектами

Во многих культурах людей воспитывают так, что они не доверяют своему организму и с самого раннего возраста учатся контролировать свои мысли, эмоции и желания с помощью мышечных усилии, как-то: сжимания зубов или кулаков, пристального всматривания, чтобы лучше видеть, задержки дыхания, напряжения диафрагмы или заднего прихода для сдерживания эмоций. Эти усилия, как правило, не помогают достичь желаемого, потому что нервная система состоит не из мышц, а из электрических цепей, а для настройки радио не пользуются молотком. Детей воспитывают в таком духе только невежественные люди, которые думают, что одной лишь силой можно добиться чего угодно. Это напоминает историю о жующем сигару техасце, который запряг котенка, чтобы разогнать сломанный "Кадиллак". Когда наблюдатели сказали ему, что это все равно бессмысленно, он ответил: "Ну, это мы еще посмотрим. У меня же есть кнут!"

=========

http://s017.radikal.ru/i418/1306/eb/3f9d10253809.jpg

(как уж говорилось, некоторые книги читаны не раз; потому и выписки из одной и той же книги могут появляться в несколько приемов)

Алан Уотс ЭТО ОНО
 
также показывает, что просветление есть не что иное, как полная отдача себя состоянию здесь-и-сейчас. Вопрос о том, как достичь просветления, заключается главным образом не в том, «что мне следует делать в будущем, чтобы достичь его?», а в том, «что из того, что я делаю в настоящий момент,
     мешает мне реализовать его прямо сейчас?» Ответ таков: все то в нас,
     что основывается на Эго, упорствует в утверждении нашей собственной
     отделенности и сопротивляется признанию той разумности, которая живет  во всех нас, — Любви, как выразился Данте в финале «Божественной  комедии», «к которой движется все творение».
Сердцевину такого переживания составляет, надо полагать, убеж-
     денность или интуитивная уверенность в том, что целью и осуществле-
     нием всякой жизни является непосредственное мгновение «сейчас»,
     какова бы ни была его природа. Из этого озарения разливается эмоци-
     ональная экстатичность, чувство интенсивного облегчения, свободы и
     легкости, а часто и почти невыносимой любви к миру, которая, тем не
     менее, остается вторичной. Нередко наслаждение переживанием пута-
     ют с самим переживанием, интуитивное прозрение теряется среди эк-
     стаза, так что, пытаясь удержать вторичные эффекты опыта, человек
     пропускает его суть — то, что происходит именно сейчас, даже если оно
     и не экстатично.
     
     Или же в случае, который приводит Уильям Джеймс:
           Словно сами небеса раскрылись и излились лучами света и славы. И
     не на мгновение только, но весь день и всю ночь как будто потоки
     света и славы протекали через мою душу, и я изменился, и все кругом
     стало новым. Изменились лошади мои, и свиньи, и все остальное.
     
     Но ясность будет также подразумевать прозрачность, то есть ощуще-
     ние, что противостоящий нам мир больше не является препятствием, а
     тело бременем. В уме буддиста это самым естественным образом бу-
     дет ассоциироваться с учением о том, что реальность — это неощути-
     мая и невыразимая пустота (шуньята).
     
     Я вернулся в зал и был уже готов сесть на свое место, как все вокруг
     изменилось. Открылся широкий простор, и земля выглядела как бы
     осевшей... Я оглядывался по сторонам, и вверх, и вниз, вся Вселен-
     ная со всеми своими многочисленными осязаемыми предметами пред-
     ставала теперь совсем по-другому: то, что прежде было отвратитель-
     ным, вместе с неведением и страстями, теперь виделось не чем иным,
     как истечением моей собственной изначальной" природы, которая са-
     ма по себе оставалась сверкающей, подлинной и прозрачной (1).   

     Подобно тому как одно и то же ощущение боли можно описать и
     как горячее, и как холодное, так и описания интересующего нас пере-
     живания могут принимать формы, которые кому-то покажутся взаи-
     мопротиворечивыми. Кто-то может сказать, что нашел решение всей
     загадки жизни, но почему-то не способен облечь его в слова. Другой
     скажет, что никакой загадки никогда не было, а значит, нет и никакого
     ее решения, поскольку в его переживании с очевидностью выяснилась
     неуместность и искусственность всех наших вопросов. Один заявляет
     о своей убежденности, что нет никакой смерти, что его истинная са-
     мость так же вечна, как Вселенная. Другой утверждает, что смерть
     просто перестала иметь для него значение, ведь настоящий момент
     совершенен настолько, что не требует никакого будущего. Кто-то чув-
     ствует себя захваченным и соединившимся в одно целое с какой-то
     иной жизнью, которая бесконечно отличается от его собственной. Но,
     подобно тому как сердцебиение можно рассматривать и как то, что с
     вами происходит, и как то, что вы сами делаете, — в зависимости от
     точки зрения, — так же человек почувствует в своем переживании не
     трансцендентного Бога, а собственную подлинную природу. Кто-то по-
     чувствует, что его Эго, или самость, так расширилось, что объемлет
     собой целую Вселенную, тогда как кто-то другой осознает, что совсем
     потерял себя, а то, что называлось его Эго, всегда было всего лишь
     абстракцией. Один будет описывать себя бесконечно обогатившимся,
     в то время как другой скажет, что его забросило в такую абсолютную
     бедность, где даже собственные тело и ум ему не принадлежат и нико-
     му в мире нет до него дела.

     Это было как-то утром в начале лета. Над липами мерцала серебрис-
     тая дымка. В воздухе густо разливался их аромат. Температура была
     ласковой. Я помню — и мне не нужно специально вспоминать это, —
     как я взобрался на пень и внезапно почувствовал себя погруженным
     в Это (Itness). Тогда я не называл это так. У меня не было нужды в
     словах. Это и я были одним целым (2).
     
     Просто «Это», «Оно», как в тех случаях, когда мы обозначаем грамма-
     тическую превосходную степень, или точное попадание, или интенсив-
     ную реальность, или то, чего мы всегда искали. Не просто средний род
     какого-то объекта, а нечто еще более живое и гораздо более обширное,
     чем наше персональное; то, для чего мы используем простейшее из
     слов, потому что у нас нет для него никакого- слова вообще.
    Никому и в голову не придет, что симфонии надлежит улучшаться в своем качестве по ходу исполнения и что все дело для исполнителей заключается в достижении ее финала. Суть музыки раскрывается в каждом мгновении ее исполнения и слушания

http://s017.radikal.ru/i424/1306/0d/28a02f5242f4.jpg

Алан Уотс. Космология радости
     
      Чувство "я" больше не сосредоточено внутри кожи. В противоположность этому, я как индивидуальное существо, кажется, вырастаю из остальной вселенной, подобно волоску на голове или оконечности моего тела, так что мой центр - это также центр всего остального. Я обнаруживаю, что в обычном сознании я по привычке пытаюсь оторвать себя от всей целостности, что я постоянно занимаю по отношению к ней оборонительную позицию. Но что я пытаюсь защищать? Только изредка мои защитные реакции направлены на то, чтобы предотвратить физическую опасность или увечье. По большей же части я защищаю свою защиту - оборонительные рубежи вокруг оборонительных рубежей вокруг пустоты. 
     
      Я прослеживаю в обратном направлении лабиринты своего мозга, вновь прохожу по бесчисленным закоулкам, где я когда-то, описав множество кругов, в конце концов заблудился и потерял ту первобытную тропинку, по которой вошел в этот лес.   Обратно в прошлое, глубже и глубже в сужающиеся проходы к тому месту, где сам проход является странником - к тоненькой веренице молекул, постоянно пытающихся методом проб и ошибок выстроиться в нужном порядке, чтобы стать центром органической жизни. Все дальше и дальше назад, через вечное кружение в танце на поистине астрономических просторах вокруг ядерных зародышей мира, вокруг этих средоточий бытия, пребывающих столь же глубоко у первоистоков материи, сколь далеки от нас в космосе другие галактики.
     
      Все глубже и глубже, но внезапно на свободу - на свободу из этих космических лабиринтов, на свободу, чтобы осознать, что я, ослепленный путешественник, в глубине своей тождественен забытому, но столь знакомому, вызывающему к жизни целый мир, изначальному импульсу, высшему единству, сокровенному свету, естеству, которое есть в большей мере мое "я", нежели я сам.
Незыблемое основание, в котором я желал утвердиться, оказалось центром, направляющим мои поиски. Неуловимая субстанция, из которой соткана вселенная, теперь обнаруживается в каждом движении моей руки. Как мне вообще удалось потеряться? Зачем мне понадобилось так долго путешествовать по запутанным туннелям, чтобы стать трепещущим сгустком защищающейся защиты - своим повседневным "я"?
Войдя в дом, я обнаруживаю, что вся комнатная мебель жива. Все вокруг подает мне знаки. Столы столятся, посуда посудится, стены стенятся, арматура арматурится - все это события, а не вещи.
Жизнь, по своей сути, является действием, однако никто и ничто не совершает его. Для него нет никакой необходимости случаться ни сейчас, ни в будущем. Это действие движения, звучания и цвета, и подобно тому, как никто не совершает его, оно не случается ни с кем. Проблем жизни просто не существует. Жизнь - это всецело бесцельная игра, цветение, смысл которого в нем самом

Боль и страдания - это крайние проявления игры, но, по большому счету, во вселенной нечего бояться, ведь, что бы ни происходило, оно ни с кем не происходит! Никакого эго вообще не существует. Эго напоминает кувырок, знание о знании, страх перед страхом. Этот причудливый завиток, еще одно необычное ощущение, нечто типа отдачи или эха, напоминающего непостоянство сознания, как и при беспокойстве".Как непривычно естественно видеть, что боль - больше не проблема! Ведь боль вызывает затруднения только тогда, когда самосознание блокирует мозг и заполняет его коридоры повторящимся эхом - отвращение к отвращению, страх перед страхом, содрогание от содрогания, вина из-за вины - искаженные мысли, пойманные в круги бесконечных повторений

Трудность в том, что, принимая за разум обычные воспоминания, мы рассматриваем отдельные сообщения из этого хранилища информации как осмысленные комментарии к тому, что делаем в текущее мгновение. Так же как и от избытка спиртного, от избытка самосознания мы начинаем чувствовать, что двоимся, и принимаем этот двоящийся образ за два различных своих "я" - ментальное и материальное, контролирующее и контролируемое, благоразумное и спонтанное. Так, вместо того, чтобы просто страдать, мы страдаем от страдания, а затем страдаем от страдания от страдания.

Мы теряем связь со своим подлинным естеством, представляющим собой не совокупность образов, а великое самостоятельное действие текущего мгновения, о котором у нас еще нет воспоминаний. Поэтому, передавая инициативу нашим отражениям и живя с оглядкой на прошлое, мы находимся не совсем здесь и поэтому всегда немножко опаздываем на праздник. Но что может быть очевиднее понимания, что прошлое проистекает из настоящего, как расходящиеся волны за кормой корабля, и что если уж нам суждено жить в этой жизни, лучшее место для этого здесь?

            Наш язык, можно сказать, обязывает нас выражать эту точку зрения неправильно - так, будто "мы", которые должны быть чутки в отношении намерений организма, которые должны своевременно реагировать на его побуждения, являемся чем-то отличным от организма. К несчастью, наши выражения построены по тому же принципу, что и социальный вымысел, отделяющий сознательное внимание от остального мира и делающий его независимым действующим лицом, которое направляет наши действия. Таким образом мы остаемся в неведении относительного того, чем является наше эго, действующее лицо или сознательная воля.

Наша проблема - чувство неуверенности и неловкости - возникла потому, что мы упустили из виду огромный диапазон любви, лежащий между формальной дружбой и половым актом. Поэтому мы боимся, что как только наши отношения переступят порог формальной дружбы, мы сразу же скатимся до крайностей сексуальной распущенностиНезаполненный промежуток между братской духовной любовью и сексуальной любовью соответствует размежеванию духа и материи, ума и тела - причем мы привыкли разделять их таким образом, чтобы каждое наше предпочтение или действие относилось к одной стороне. Между этими двумя крайностями нет плавного перехода, и поэтому братская любовь становится безвкусной, а сексуальная любовь грубой. Вот и получается, что отход от братской любви не может не быть стремительным падением в противоположную крайность. Таким образом, тонкие и чудные возможности, находящиеся между этими двумя полюсами, оказываются полностью потерянными. Другими словами, большая часть спектра любви требует отношений, которые мы не можем себе позволить
      Я не имею ни малейшего представления, как можно исправить это положение вещей в обществе, в котором достоинство личности определяется тем, насколько ей удается держаться в стороне от других, и в котором многие не допускают даже мысли о том, чтобы держать руку того, с кем их не связывают семейные или сексуальные отношения.

И если окажется, что в этой вселенной человек не чувствует и не мыслит себя отдельным субъектом, противостоящим враждебным и угрожающим объектам, мы получим не только космологию единства, но и космологию радости.

http://s018.radikal.ru/i523/1306/1e/6031e8ff8910.jpg

0

15

http://s4.uploads.ru/ESK5p.jpg

Алан Уотс

КНИГА О ТАБУ НА ЗНАНИЕ О ТОМ, КТО ТЫ

ИГРА В ЧЕРНОЕ-И-БЕЛОЕ
Хотя звуки высокой частоты могут длиться долго и казаться нам непрерывными, в действительности в их основе лежит колебание, фаза которого постоянно изменяется. Каждый звук фактически представляет собой последовательность импульсов и промежутков тишины между ними. Однако наши уши не замечают промежутков тишины, если они чередуются с импульсами слишком быстро. Мы замечаем интервалы между импульсами только в звуках нижних регистров органа, когда частота колебаний настолько низка, что слух может уловить неоднородность звука. Свет также представляет собой не постоянный чистый свет, а чередование промежутков света и темноты. Он тоже приходит к нам в виде волн, которые имеют структуру импульсов с интервалами отсутствия сигнала между ними.
Хотя глаза и уши фактически регистрируют и максимум, и минимум во всех этих вибрациях, этого нельзя сказать об уме человека. Ведь наше сознательное внимание замечает только максимум. Темный, беззвучный интервал отсутствия сигнала игнорируется им. Это почти общий принцип: сознание не принимает во внимание интервалы, хотя без них оно не смогло бы зарегистрировать никаких сигналов.

Однако сознательное внимание, как правило, склонно к тому, чтобы под любым предлогом игнорировать эти интервалы. Большинство людей, например, думают, что пространство – это "просто ничто", если временно не принимать во внимание тот факт, что оно может быть заполнено воздухом. Из-за этой привычки не замечать пространственные интервалы мы не осознаем, что вся Вселенная (то есть все существование) является громадной вибрацией вещества/пространства
Мы часто говорим, что человек может мыслить только об одном предмете в каждый конкретный момент времени. Дело в том, что, глядя на мир по кусочкам, мы привыкли считать, что он состоит из отдельных объектов. Тем самым мы поставили себя перед необходимостью решать задачу о том, как эти объекты связаны друг с другом и каковы между ними причинно-следственные отношения. Но эта проблема не возникла бы вообще, если бы с самого начала помнили, что разделение мира на независимые части, вещи и события, причины и следствия – это просто способ его описания. Мы не видим мир целостно, как кошку, которая обладает одновременно и хвостом и головой.
Речь здесь идет об иллюзии это, о неспособности видеть, что каждый из нас представляет собой замаскированное Я.

Первый фактор, который ускользает от нашего сознания, состоит в том, что так называемые противоположности – свет и тьма, звучание и тишина, объекты и пространство, наличие и отсутствие, внешнее и внутреннее, появление и исчезновение, причина и следствие – суть взаимосвязанные полюса или аспекты одного и того же. Однако для обозначения этой Сущности у нас нет более подходящего слова, чем такие туманные понятия, как Существование, Бытие, Бог или Первооснова Бытия. По большей части все эти концепции остаются расплывчатыми идеями, которые не соответствуют у человека никаким ярким переживаниям.

Вторым фактором, который тесно связан с первым, является то, что мы настолько поглощены сознательным вниманием и так убеждены в реальности наблюдаемого, что этот поверхностный тип восприятия кажется нам единственным реальным способом наблюдения мира. При этом у нас возникает настолько удивительное представление о себе как о сознательном существе, что мы оказываемся полностью загипнотизированными этим нецелостным видением Вселенной. Мы действительно считаем, что этот мир представляет собой скопление отдельных вещей, которые каким-то непонятным образом оказались собранными вместе или, возможно, когда-то составляли нечто целое, развалившееся затем на куски. И при этом мы верим, что сами представляем один из таких объектов. Мы смотрим на каждую деталь мира в отрыве от всех остальных – как он сам по себе рождается и умирает. Поэтому мы в лучшем случае видим в нем лишь фрагмент чего-то целого или заменимую деталь какой-то большой машины. Крайне редко мы ясно видим, что так называемые вещи и события "идут вместе", как голова и хвост кошки, как отдельные звуки и интонации – нарастающие и угасающие, высокие и низкие – одного поющего голоса.

Другими словами, мы не играем в Игру в Черное-и-Белое – великую вселенскую игру в верх-и-низ, наличие-и-отсутствие, объекты-и-пространство, каждый-и-все. В противоположность этому мы играем в Игру Черное-против-Белого, или как чаще бывает, в Игру Белое-против-Черного. Ведь когда скорость чередования противоположностей незначительна, как бывает в случае дня и ночи или жизни и смерти, у нас создается впечатление, что темный или отрицательный аспект мира нам навязывается вопреки нашей воле. А затем, не понимая того, что положительный полюс и отрицательный полюс взаимосвязаны, мы начинаем опасаться, что Черное может победить в Игре. Однако Игра Белое-должно-победить – это уже не игра. Это борьба, которой сопутствует чувство хронического разочарования, потому что в ходе борьбы мы стараемся сделать что-то столь же бессмысленное, как попытки сохранить горы, но избавиться от долин.
Основная форма этой борьбы называется Жизнь-против-Смерти. Это так называемая борьба за выживание, которая, как предполагается, является реальной, серьезной задачей всех живых существ. В данном случае иллюзия держится на том, что (а) эта борьба временно успешна (мы продолжаем жить до тех пор, пока не умрем) и что (б) жизнь требует, от живущих усилий и изобретательности.

Ведь по большому счету смерть – это великое событие. До тех пор пока она не довлеет над нами, мы привязываемся к себе и всему, что окружает нас в жизни, проводя день за днем в привычном безысходном беспокойстве. При этом все, что связано со смертью, мы сознательно отодвигаем в самые отдаленные уголки ума. Но наступает время, когда мы узнаем, что наши дни сочтены. В этой ситуации у нас появляются идеальные условия для того, чтобы полностью отпустить себя (to let go of oneself). Если это происходит, человек оказывается освобожденным из тюрьмы своего эго. Поэтому вполне естественно, что смерть представляет собой уникальную возможность пробудиться к знанию своего подлинного Я, которое исполняет на космической сцене нашу Вселенную. А значит, смерть может быть поводом для большей радости.

Принимая во внимание наши сегодняшние воззрения относительно смерти, слова Гурджиева выглядят как рекомендация жить в кошмарном сне. Однако постоянное осознание смерти до неузнаваемости преображает мир в глазах человека. Он начинает видеть его медленно проплывающим мимо и почти прозрачным, подобным тонкой струйке голубого дыма, растворяющейся в воздухе. И при этом ему становится очевидно, что не за что цепляться, да и некому. Это наводит грусть только до тех пор, пока остается хотя бы малейшая надежда на то, что существует какой-то выход из сложившегося положения – что мы можем еще ненадолго продлить жизнь или что существует какая-то призрачная душа, с помощью которой наше эго выживет после смерти тела. (Этим я не хочу сказать, что не существует никакой жизни личности после смерти, – я говорю только, что вера в эту жизнь продолжает держать нас в рабстве).

Сказанное вовсе не означает, что мы не должны бояться смерти. Мы уже встречались с похожей ситуацией, когда я говорил о том, что нам вовсе не следует стремиться не быть эгоистичными. Подавление страха смерти еще больше усиливает его. Весь смысл здесь в том, чтобы знать – вне всяких сомнений – что "я" и все другие "вещи" и "личности", которые сегодня присутствуют, рано или поздно исчезнут. В конце концов это знание заставит тебя отпустить их, – но для этого ты должен чувствовать быстротечность жизни уже сейчас и так же ясно, как было бы в том случае, если бы ты только что свалился с обрыва в Большой Каньон. В действительности ты сорвался в пропасть еще тогда, когда родился, и поэтому цепляться за камни и людей, которые падают вместе с тобой, – совершенно бессмысленное занятие. Итак, если ты боишься смерти – бойся ее. Идея в том, чтобы отождествиться с этим страхом, дать возможность всему одержать верх – ужасам, привидениям, страданиям, мимолетности, разрушению. И тут ты открываешь нечто удивительное и до сих пор невообразимое: ты никогда не умрешь, потому что ты никогда не рождался. Ты просто забыл, кто ты.

  Обратим внимание на то, что английское слово person (личность) происходит от латинского слова persona, которое вначале означало маску с рупором у рта. Такими масками пользовались актеры, выступавшие на сценах открытых амфитеатров в Древней Греции и Риме. Это были маски, через (per) которые до зрителей доходил звук (sonus). Смерть отрывает нас от persona точно так же, как актеры снимают маски и костюмы в гримерной, которая находится за сценой. И подобно тому как друзья актеров идут за сцену для того, чтобы поблагодарить их за хорошее представление, друзья умирающего должны собраться для того, чтобы помочь ему выйти из своей смертной роли. Им следует отдать ему должное за участие в представлении и, даже более того, отметить с шампанским или с помощью каких-то других ритуалов (которые умирающий выбирает по своему вкусу) великое пробуждение смерти.
Но если это фундаментальное единство индивидуального "я" и всего мира человека и Вселенной реально, как могло случиться, что наше поверхностное сознание даже не догадывается об этом?

0

16

КАК БЫТЬ ИСКУСНЫМ ПРИТВОРЩИКОМ

Тебе сказали, что ты "пришел в этот мир" для того, чтобы некоторое время пожить в нем в мешке из кожи. И ты настолько поверил в эту мистификацию, что до сих пор притворяешься "всего лишь маленьким я". Но в действительности ни одна из вещей во Вселенной и ни одно из событий, происходящих в ней, неотделимы от всего сущего. Таким образом, единственно реальные Ты и Я – это Целое. По этой причине оставшаяся часть книги будет попыткой сделать это столь очевидным, что ты не просто поймешь это на словах, но и почувствуешь, что так оно и есть.
Мы склонны использовать слово "я" для обозначения чего-то внутри тела, но, по существу, к телу не относящегося. Ведь большая часть процессов, протекающих в теле, происходит так же независимо от "я", как и внешние события. Таким образом, получается, что слово "я" мы используем для обозначения центра волевого поведения и сознательного внимания.

И в то же время "я" обычно связывают с каким-то местом в теле, хотя разные люди говорят при этом о разных местах. В некоторых культурах принято считать, что "я" локализовано в области солнечного сплетения. Среди китайцев, например, распространено мнение, что син – ум-сердце или душа – находятся в центре груди. Но большинство людей Запада склонны считать, что их эго живет в голове, тогда как все другие члены тела болтаются в пространстве вокруг этого центра. Им кажется, что эго пребывает внутри головы сразу же за глазами и где-то между ушами. Это можно себе представить следующим образом: под сводом черепа сидит оператор в наушниках и наблюдает за телеэкранами, которые подключены к глазам. Перед ним находится огромная панель с приборами и переключателями, с помощью которых можно приводить в действие различные части тела'. Информация со всего тела поступает на эту панель управления. Глядя на нее, оператор судит о том, ведет ли тело себя так, как он хочет.

Хотя воспоминания и являются гораздо более изменчивыми и ненадежными источниками информации, нежели фотоснимки или магнитные ленты, их наполнение составляет неотъемлемую часть деятельности эго. Благодаря воспоминаниям нам кажется, что "я" – то есть мой человечек внутри головы – представляет собой нечто намного более постоянное, чем окружающая обстановка. Может показаться, что сознательная личность – это раз и навсегда установленное зеркало, которое отражает происходящие с человеком события. Это в свою очередь усиливает чувство изолированности человека и его убежденность в том, что личность меняется намного медленнее, чем внешние события и внутренние эмоции.
В результате создается устойчивое впечатление, что "я" – это независимый наблюдатель происходящего. . Но в действительности память – это устойчивая структура движения, скорее напоминающая вихрь, а не какую-то неизменную сущность – подобную зеркалу, восковой дощечке или листу бумаги.
Все наше внутреннее является внешним, частью этого физического мира. Но в свою очередь все внешнее не обладает цветом, формой, весом, температурой и движением без наших "внутренностей", которыми являются мозг и нервная система. Мир наделен всеми этими качествами только в связи с мозгом, который в свою очередь является его частью.

Куда бы люди ни помещали свое эго и в какой бы мере они ни отождествляли его со своим физическим телом, почти всегда их мнения сходны в том, что "я" человека не выходит за пределы его кожи. Кожа всегда рассматривается как стена или грань, которая явно отделяет человека от окружающего мира. И это несмотря на то, что она пронизана микроскопическими порами, поглощающими воздух, и многочисленными нервными окончаниями, дающими нам сведения о происходящем вокруг. Кожа не только информирует нас о мире, но и дает миру сведения о нас: это не просто барьер, это еще и мост. Тем не менее мы глубоко убеждены в том, что за пределами "стен этой плоти" находится враждебный мир, которому почти нет до нас дела. И поэтому мы вынуждены тратить огромные усилия на то, чтобы влиять на него, привлекать его внимание либо добиваться изменения его отношения к нам. Мы знаем, что мир был до нашего рождения и будет продолжать существовать после нашей смерти. И поэтому нам кажется, что мы живем в нем временно, в роли его незначительных фрагментов, в полном одиночестве и отрыве от других.

Эта иллюзия имеет свою историю в традициях нашего мышления – в образах, стереотипах, мифах и языке, которым пользуется человечество в течение тысячелетий для того, чтобы описывать происходящее. Влияние, которое все эти средства оказывают на наше восприятие, может быть по праву названо гипнотическим. Иллюзорные переживания под гипнозом могут быть очень яркими и казаться реальными человеку даже после того, как он уже вышел из состояния так называемого "гипнотического транса".

Все обстоит так, как если бы человечество договорилось до того, что ввело себя в гипнотическое состояние, в котором иллюзия его кажется совершенно реальной
…Таким образом, сеть стала одним из неотъемлемых атрибутов человеческой мысли. Но при этом она остается образом, существующим лишь в нашем сознании. Ведь точно так же, как невозможно воспользоваться линией экватора, чтобы увязать сверток, точно так же реальный извилистый мир протекает, как вода, через наши воображаемые сети. Как бы детально мы ни разделяли, пересчитывали и классифицировали все составляющие этот мир вещи и события, наш труд будет всего лишь одним из способов описания мира – мира, который реально неделим.
Вопросы, на которые слишком долго не удается найти ответы, нужно всегда проверять на предмет того, правильно ли они поставлены.

Хорошим примером в данном случае служит проблема причины и следствия. Не задумываясь раздели процесс на две части, забудь, что ты сделал, а затем столетиями решай головоломку о том, как эти части связаны между собой. То же самое можно сказать и о "форме" и "материи". Поскольку никому до сих пор не посчастливилось обнаружить бесформенный кусок материи или нематериальную форму, уже давно должно быть очевидно, что с Керамической Моделью что-то не ладится. Мир не создан из материи точно так же, как деревья не "сделаны" из дерева. Мир – это не форма и не материя, потому что эти два слова используются для грубого описания одного и того же процесса, о котором мы получаем смутное представление, произнося слова "мир" или "существование". Однако в наш здравый смысл очень глубоко внедрилась одна иллюзия – мы верим, что каждая форма наполнена какой-то фундаментальной "субстанцией" или сделана кем-то из нее.

Таким образом, для понимания происходящего недостаточно описать, определить и попытаться понять вещи и события, анализируя их составные части и выясняя "как они устроены". Подобный анализ говорит нам немало, но все же не больше половины всей информации об объекте. В наши дни ученые все больше убеждаются в том, что вещи нельзя рассматривать в отрыве от окружающего мира и событий, происходящих в нем в момент наблюдения. В таком случае описание вещи или события обязательно должно включать в себя характеристику окружения. А значит, любая вещь идет вместе со своим окружением настолько тесно и нераздельно, что между ними очень трудно провести грань.

Однако в настоящее время мы описываем индивида с помощью своего узкого сознательного "луча", за рамками которого остается все поле его взаимосвязей с миром, или его окружение. Не удивительно, что мы и чувствуем себя соответственно. "Индивид" – это латинский аналог греческого слова "атом", которое обозначает то, что дальше уже нельзя делить на части. Мы не можем отрубить человеку голову или вынуть его сердце и тем самым не погубить его. Но с таким же успехом мы можем убить человека, если изолируем его от окружающей среды. Это означает, что единственным настоящим атомом является Вселенная – полная система взаимосвязанных "вещей-событий", которые можно разделить только на словах. Ведь человека не собирают как машину. Его жизнь в мире не начинается с того, что голову прикручивают к шее, мозг соединяют с легкими, а к сердцу приваривают вены. Голова, шея, сердце, легкие, мозг, вены, мышцы и железы внутренней секреции – все это разные слова для обозначения одновременных и взаимосвязанных событий.

По аналогии с этим можно утверждать, что индивид отделен от своего окружения лишь на словах. Хотя это не очевидно, тебя вводит в заблуждение твое имя. Путая слова с тем, что они обозначают, постепенно ты пришел к тому, что поверил в свою отделенность на том основании, что у тебя есть отдельное имя. Это означает – скорее даже буквально – что тебя заколдовали.
Почти никто не знает, например, что наши самые сокровенные мысли и эмоции в действительности не являются нашими собственными. Ведь мы мыслим с помощью языка и образов, которые были не изобретены нами, а получены в процессе воспитания в обществе. Мы заимствовали эмоциональные реакции у своих родителей.   Страх перед смертью мы также переняли у них, глядя на всю суету, которая начинается, когда кто-то заболевает или умирает. Наше социальное окружение оказывает на нас такое влияние именно потому, что между нами и обществом существует глубокая взаимосвязь. Общество – это продолжение наших ума и тела.

Общество в том виде, в каком мы его знаем, ставит ребенка в подобные ситуации каждый день, начиная с его самого раннего детства. Прежде всего ребенку внушают, что он ответствен за свои действия и может сам, независимо от других, решать, о чем ему думать и как себя вести – то есть что он является чем-то типа маленькой Первопричины. И он начинает в это верить именно потому, что это не так. В какой-то мере эта бессмыслица связана с тем, что слово "должен" иногда выражает условие ("Для того, чтобы быть человеком, у тебя должна быть голова"), а иногда требование ("Ты должен убирать свои игрушки"). Дети, разумеется, путают эти ситуации, что приводит их в замешательство. Никто не прилагает усилий для того, чтобы обладать головой. В то же время родители утверждают, что для того, чтобы ребенок был здоров, он должен регулярно ходить на горшок, пытаться уснуть и прилагать усилия для того, чтобы сосредоточить внимание. Можно подумать, что всего этого достигают напряжением мышц.

Существование в ситуации, напоминающей замкнутый круг, – это игра с самопротиворечивыми правилами. Она обрекает игроков на постоянное разочарование, подобно попыткам изобрести вечный двигатель, работающий по законам ньютоновской механики, или решить задачу трисекции угла с помощью циркуля и линейки. Вот примеры самопротиворечивых правил игры в общество:
Первое правило игры гласит, что это не игра.
Играть должны все.
Ты должен (или должна) любить нас.
Ты должен (или должна) продолжать жить.
Будь собой, но играй логичную и приемлемую роль.
Держи себя в руках и в то же время веди себя естественно.
Старайся говорить правду.

По существу, эта игра требует от играющих естественного поведения нескольких типов. Оставаться в живых, любить, вести себя раскованно, говорить правду – все это спонтанные формы поведения. При отсутствии психических препятствий каждая форма поведения в нужный момент происходит "сама по себе" точно так же, как пищеварение и рост волос. Однако как только мы начинаем прилагать усилия, все это приобретет тот неестественный, надуманный и лживый оттенок, который не нравится никому. Наше поведение становится жалким и неполноценным, как искусственные цветы или тепличные овощи. Жизнь и любовь рождает необходимость прилагать усилия, но усилия не продлевают жизни и не способствуют возникновению любви. Глубокая вера – в жизнь других и себя – является тем фактором, который позволяет спонтанному проявиться спонтанно, а значит вовремя и так, как нужно. Все это, конечно, связано с риском, потому что жизнь и другие люди не всегда ведут себя так, как нам бы того хотелось. Но вера – это всегда дерзание, потому что сама жизнь представляется нам рискованной игрой, ставки в которой необычайно велики. Но если мы устраним из игры весь риск, попытаемся достичь стопроцентной уверенности в ее удачном исходе, мы тем самым лишим эту игру смысла.

0

17

Да будет известно, что иллюзия эго не является неотъемлемой чертой индивида и его человеческого организма. Человек может существовать и выражать свою индивидуальность и без этой иллюзии! Ведь он является неповторимым проявлением Целого точно так же, как каждая ветвь – это уникальный отросток дерева. Чтобы проявить свою индивидуальность, каждая ветвь должна быть у своего основания соединена с деревом, а независимо движущиеся пальцы должны принадлежать одной руке. Едва ли можно преувеличить важность утверждения о том, что различия не подразумевают отделенности. Голова и ноги отличаются по внешнему виду и по функциям, но не существуют при этом сами по себе. И хотя человек не связан со Вселенной физически, как ветвь – с деревом, а ноги – с головой, тем не менее человек и Вселенная соединены, и притом удивительно сложными физическими связями. Смерть индивида – это не переход индивида у другую вселенную, а просто исчезновение одного из проявлений этой вселенной. Труп похож на отпечаток ноги или эхо – это растворяющийся след, оставшийся в мире на том месте, где Я перестало животворить.

Таким образом, различие между индивидами имеет великий смысл, ведь разнообразие – украшение жизни. Но этот смысл не становится более глобальным, когда человеку в ходе воспитания в обществе прививают самопротиворечивое определение индивидуальности. Наше общество – то есть мы сами, каждый из нас – определяет человека как замкнутый круг, приказывая ему быть свободным и отдельным от мира. Однако он по сути таковым не является, ведь если бы он был свободным и отдельным, сам этот приказ был бы бессмысленным. При таких условиях обществу удается лишь внушить ему иллюзию отдельности подобно тому, как слова гипнотизера создают иллюзию у испытуемых.

Одураченный таким образом индивид – вместо того, чтобы выполнять свою уникальную функция в мире, – разочаровывается, тратя вес свои силы на достижение самопротиворечивых целей. Поскольку все теперь считают его отдельной личностью, пойманной в неразумной и враждебной Вселенной, его главной задачей становится стремление перехитрить Вселенную и подчинить себе природу. Очевидно, что это абсурдно, и поэтому его учат жить и работать для будущего, ведь в настоящем он никогда не достигнет цели. Вскоре он начинает верить, что его невозможное желание в конце концов исполнится, если не для него, то по крайней мере для его детей. Таким образом, мы вывели тип человеческих существ, которые не способны жить в настоящем – то есть по-настоящему.
Ведь если ты не можешь полноценно жить сейчас, будущее для тебя всегда будет призраком. При этом отпадает всякий смысл делать планы на будущее, потому что ты никогда не сможешь наслаждаться им. Ведь когда твои планы наконец осуществятся, ты будешь уже бредить каким-то другим будущим. Ты никогда, никогда не сможешь развалиться и с полным удовлетворением сказать: "Ну вот, я достиг всего, чего хотел!" За многие годы ты полностью утратил эту способность, потому что тебя всегда готовили для будущего вместо того, чтобы показать тебе, как нужно жить в настоящем.

…Объяснить это просто: большинство товаров производят люди, которые не получают удовольствия от своей работы.
Это распространяется и на владельцев предприятий и на рабочих. Ведь смысл их труда не в том, чтобы произвести что-то хорошее, а в том, чтобы сделать деньги. Поэтому вся их фантазия работает на то, чтобы добиться снижения производственных затрат и обмануть покупателей. С этой целью используется такая броская красочная упаковка, что одного взгляда на товар оказывается достаточно, чтобы у покупателя не возникло никаких сомнений по поводу его превосходного качества.   
Однако возможен третий ответ. Не уход из мира и не заискивание в надежде на призрачное воздаяние в будущем, а сотрудничество с миром на самом глубинном уровне в настоящем. На этом уровне мир воспринимается как гармоническая система скрытых конфликтов, как бесконечный целостный процесс, являющийся нашим единственно реальным Я. Понимание этого уже присутствует в нас в том смысле, что наши нервы, кости и органы чувств "знают" об этом. Все это кажется нам непонятным только потому, что тонкий луч сознательного внимания был приучен не замечать очевидных вещей. Нас воспитали так замечательно, что мы действительно стали искусными притворщиками!

ВЕСЬ МИР – ТВОЕ ТЕЛО

  Мы рассмотрели следующие выдумки:
1. Представление о том, что мир сделан или составлен из отдельных частей или предметов.
2. Что веши представляют собой различные конфигурации одного и того же первичного вещества.
3. Что организмы людей также являются вещами, что они населены и отчасти контролируемы независимыми эго.
4. Что противоположные полюса таких взаимоотношений как свет/тьма и объекты/пространство находятся между собой в конфликте, который может закончится окончательной победой одной из сторон.
5. Что смерть – это зло, и поэтому жизнь представляет собой постоянную борьбу с ней.
6. Что человек – как индивид и как биологический вид – должен стремиться занять господствующее положение в мире и подчинить себе природу.
Подобные представления полезны до тех пор, пока все знают, что это условности. Они являются просто способами "изображения" мира, которые были добровольно приняты людьми для удобства совместной работы.

Однако когда условности рассматриваются как факты, возникают недоразумения. Так, например, в 1752 году Британское правительство издало указ о введении нового календаря, в соответствии с которым второе сентября этого года должно было стать четырнадцатым сентября. Когда все узнали об этом, многие сочли, что их жизни укоротили на одиннадцать дней. Толпы людей бросились к Вестминстеру, где находилось правительство, с криками: "Отдайте нам обратно наши одиннадцать дней!" Склонность человека считать вымысел реальностью затрудняет расширение сферы применимости всеобщих законов, языков, систем измерения и других полезных средств.

   все сводится к тому, что человек описывается нами неправильно. Мы рассматриваем его как отдельное и независимое существо в мире, а не как особое действие этого мира. Наша трудность в понимании подлинной природы человека связана с тем, что такой подход к человеку, как нам кажется, делает его марионеткой. Но это впечатление создается у нас потому, что мы пытаемся принять или понять новое представление, все еще находясь во власти старого. Ведь когда мы говорим, что человек – это действие мира, мы тем самым не определяем его как "вещь", отданную на растерзание всем другим "вещам".
  Однако при этом мы должны помнить, что видимые различия не подразумевают независимости. Каким бы красивым и отчетливым ни казался нам гребень волны, он обязательно "сопутствует" менее заметной и более плавной очередной подошве. По аналогии с этим яркие точечки звезд "со-путствуют" темному фону пространства.
В гештальт-теории восприятия этот принцип известен как принцип взаимосвязи изображения и фона. Если, например, ты подойдешь так близко ко мне, что края моего тела окажутся за пределами твоего поля зрения, ты сможешь видеть "вещь", которая называется моим телом. В то же время твое внимание "поглотит" пуговица на пиджаке или галстук. Ведь теория утверждает, что, каким бы ни был фон, наше внимание почти мгновенно "приковывает к себе" движущееся очертание (которое выделяется на неподвижном фоне) или ограниченная компактная деталь (которая выделяется на менее выразительном фоне).
Таким образом, когда я рисую на доске следующую фигуру:
...../0/....
и спрашиваю: " Что я здесь нарисовал?", люди обычно называют круг, мяч, диск или кольцо. Только изредка кто-то ответит: "Это стена с дырой".
Наше затруднение с тем, чтобы видеть наличие и движение фона на всех этих простых картинках, невообразимо возрастает, если речь идет о поведении живых организмов. Ведь когда мы рассматриваем муравьев, ползающих туда-сюда по гладкой поверхности земли, или наблюдаем за людьми, слоняющимися без дела в городском парке, мы убеждаемся в том, что именно муравьи и люди ответственны за происходящее движение. Тем не менее эти примеры с муравьями и людьми в сущности являются лишь чрезвычайно усложненной версией простого случая движения в пространстве трех шаров. До этого, рассматривая шары, мы пришли к выводу, что движется вся конфигурация (гештальт), – не одни лишь шары и не одно лишь пространство, и даже не совокупность шаров и пространства, а скорее единое поле объекты/пространство, в котором шары и окружающая их пустота являются чем-то типа полюсов.

Иллюзия полностью независимого движения организмов необычайно сильна до тех пор, пока мы стремимся, подобно ученым, исчерпывающим образом описать их поведение. Однако ученый, будь он биологом, социологом или физиком, скоро обнаружит, что ничего не может сказать о проявлениях организма, человека или объекта, пока не введет в рассмотрение все окружение. Очевидно, например, что процесс перемещения живого существа нельзя описать, используя лишь представления о движении его конечностей относительно тела. Ведь направление и скорость его движения могут быть описаны только тогда, когда мы знаем что-то о поверхности, по которой оно перемещается. Более того, редко бывает так, что передвижение живого существа из одного места в другое не зависит от обстоятельств.

Однако, взглянув еще раз на результаты своей работы, ученый пришел к выводу, что подобное описание едва ли можно назвать описанием поведения муравья. Почему, в таком случае, спрашивает он себя, представление о муравье неотделимо от представления об окружающей среде? Причина в том, что то существо или вещь, которые он изучал и описывал, претерпели изменения. Вначале речь шла об отдельном муравье, но вскоре возникла необходимость включить в рассмотрение все поле взаимодействий, в котором находится муравей. То же самое случится, если начать описывать какой-то один орган тела. Его функции будут совершенно непонятны до тех пор, пока мы не учтем его взаимосвязь с другими органами.
игнорирование экологических соображений является одним из самых серьезных недостатков современной технологии. Оно же объясняет и наше нежелание причислить себя на равных правах к сообществу всех остальных живых существ.
    Но даже в учебниках по физиологии мы читаем о том, что мозг и нервная система "управляют" сердцем или пищеварительным трактом. В таком подходе проявляется наша склонность распространять поверхностные политические взгляды на науку. Создается впечатление, что сердце принадлежит мозгу в большей мере, чем мозг – сердцу или желудку. Однако правильнее будет сказать, что мозг "питается" с помощью желудка, а желудок "вырастил" себе над ртом мозг для того, чтобы ему легче было добывать себе пищу.

Как только человек убеждается, что отдельные вещи существуют лишь в его воображении, для него становится очевидно, что несуществующие вещи не могут "совершать" действий.
разве не очевидно, что когда мы говорим: "Сверкнула молния", "сверкание" представляет собой то же самое, что и "молния"?
  На самом деле было бы лучше, если бы мы полностью отказались от представления причинности, используя вместо него представление о взаимосвязи.
  самое важное  – углублять свое понимание, становиться способным получать удовольствие от жизни. Прежде всего нужно учиться жить в настоящем, не пренебрегая при этом и той дисциплиной, которую такая жизнь подразумевает.
Идолопоклонство – это не просто использование образов, а принятие их в качестве того, что они обозначают. Именно в этом смысле ментальные образы и утонченные абстракции могут оказаться намного более опасными, чем бронзовые идолы.
  Но самое удивительное здесь то, что ЭТО, каким бы непостижимым оно нам ни представлялось, не является бессодержательной абстракцией. ЭТО и есть настоящий ты!
Выражаясь словами китайского мастера Дзэн, можно сказать: "В этот момент тебе остается лишь громко рассмеяться, потому что делать больше нечего!"

Это – здесь
Это – Я
Это – Ты
Это – Все
Это – Он
и Она
и Оно
Все есть Все

В действительности, подлинный юмор – это смех над своим Я. Это смех над Божественной Комедией – грандиозной мистификацией, в ходе которой человек начинает воображать себя существом, непричастным к существованию и отличным от всего, что есть. В течение всей жизни мы "знаем это всем своим существом". Однако сознательное внимание, увлеченное деталями и различиями, все никак не может за деревьями разглядеть леса.

0

18

Рам Дасс - Это только танец

Вне двойственности -«Я был в небесах, озаренных светом, от Него исходящим, и видел там Совершенство. У того, кто возвращается, нет ни мастерства, ни знания: когда свет приближается к объекту своей жажды, ум ошеломлен, потому что он никогда не сможет проследить путь света. Священное царство, которое хранит моя память, я буду воспевать до конца своих дней». ...


Полностью - тут:
http://www.bookmate.com/books/MiTKfUW8

http://s4.uploads.ru/wYpXn.jpg

МАНДАЛА-ПРОЦЕСС

Представьте, что вы берете этот листочек, приходите домой, вешаете его, садитесь напротив него и начинаете его рассматривать. Спустя некоторое время ваше внимание фокусируется на мандале, представляющей собой круг внутри квадрата, а квадрат имеет четыре входа. Вскоре вы замечаете, что ваше внимание (только позвольте себе быть с этой вещью; выбросьте все мысли и будьте только с ней) проходит через эти двери-входы внутрь, и постепенно все глубже и глубже внутрь до самого маленького круга, внутри которого нарисован специальный знак или какое-нибудь существо. Этот длинный проход воспринимается как длинная труба. У нее есть своя глубина. По мере того, как вы достигаете внутреннего круга и останавливаетесь в нем, вы чувствуете, что вас буквально втягивает через эту трубу, втаскивает в другую частоту вибраций.
Знак, находящийся в центре самого маленького круга, изменяет ваше сознание, поскольку вы поместили свое сознание именно в него

Мандала - это то, что носит название: "исцеление с помощью молитвы". Оно основывается на идее, что "сознание проявляется в материи". И если вы меняете природу вибраций или природу некоторого уровня сознания, вы обнаружите другие уровни, на которых некоторые болезни не существуют. Тот, кто исцеляет с помощью молитвы, использует скорость своих вибраций, чтобы подключить вас и вывести из вашей скорости вибраций. Так происходит этот процесс. Танка действует таким же способом. Так же работает и мантра. Они погружают человека в присущее им пространство. Существуют мантры, обладающие очень большой силой. Где бы вы не находились в какой-то момент, он углубит ваше сознание. Это похоже на бесконечную прогрессию. Такие мантры не связаны с каким-то определенным уровнем сознания. Они связаны с конечным уровнем сознания, который есть отсутствие всякого уровня. Одной из таких мантр является ОМ МАНИ ПАДМЕ ХУМ. Если вы поработаете некоторое время с этой мантрой, она начнет менять уровень вашего сознания. Нечто аналогичное происходит, когда вы занимаетесь пранаямой, контролем над дыханием. Дыхание и есть то пространство, в котором находится наше сознание. Это очень тонкое пространство, большинство людей не замечает его вообще, поскольку они привыкли к своему дыханию, и считают это в порядке вещей. Но когда человек начинает успокаивать свое дыхание, он выходит в другое пространство. Помимо этого, мантра служит еще и способом центрирования. Другими словами, вы, так же как и я, большую части времени находитесь в "иллюзии", то есть отождествлены с чем-нибудь в пространстве и во времени. Например, - с телом, чувствами, мыслями, процессом ходьбы и т. д. Идея мантры - остановиться, пусть все идет своим путем, как если бы вы стояли и смотрели в воду и видели бы, как проходит ваша жизнь. Мантра - это вспомогательный метод разрушения привязанностей. Когда я веду машину и делаю мантру, я не привязан к ведению машины, я только делаю мантру, а езда происходит сама собой. Таким образом, мантры - это способ вхождения в такое место в себе, которое можно назвать вечным настоящим. Место, в котором буквально ничего не происходит. Мантра - это способ успокоения мысли.

СТРАХ И ВЫСШИЕ СОСТОЯНИЯ

На уровне первой чакры, страх - это потеря нашей обособленности, нашей индивидуальности, нашей целостности; это - психологическая смерть, потеря экспериментатора или того, кто знает. Это - одна часть общего страха. Другая его часть - вы, едва успев сделать один шаг после выхода из первого страха, попадаете в еще худшее состояние. Этот страх называется "вечным проклятием", и он в действительности является вечным проклятием для тех, кто его испытывает. И это вечное проклятие - еще одно путешествие. Пройдите сквозь вечное проклятие и вы узнаете, где оно кончается. Страх - это эмоциональная реакция защиты для человека, который еще не готов взаимодействовать с высокими энергиями, соответствующими другим состояниям сознания, с высокими энергетическими импульсами, связанными с ними. Здесь страх играет роль защитного механизма в том смысле, что человек переживает возбуждение и неопределенное волнение, предчувствуя грядущие изменения. Именно это и не дает ему приблизится к другим состояниям. Человек еще не готов, он еще не сделал некоторых необходимых вещей для того, чтобы быть способным жить в этих состояниях, не разрушая при этом себя. Он еще недостаточно чист. Я считаю, что страх - результат нечистоты. Под нечистотой я понимаю те мысли, которые определяют человека как индивидуальность. И до тех пор, пока вы привязаны к таким мыслеформам, вы будете испытывать страх, потому что эти мысли содержат в себе прекращение существования отдельной сущности, отдельной концептуальной единицы.
В тибетской литературе говорится: "Обними все свои десять тысяч ужасных демонов и все свои десять тысяч прекрасных демонов". И вы должны это сделать говоря: о, вот еще один! Вот еще - и идти дальше. Все ваши страхи должны быть объяты, приняты как дорогие гости, обласканы и накормлены, и вы должны продолжать путь вместе с ними.

ЛЮБОВЬ КАК СОСТОЯНИЕ БЫТИЯ

Я считаю, что в настоящее время имеет место процесс трансформации понятия "любить": мы начинаем воспринимать это слово не как глагол, а как состояние бытия. Если пойти дальше и рассмотреть то, что называется любовью Христа, станет ясно, что это состояние бытия, - когда человек есть любовь. Это - свет, излучаемый им, любящим существом. Как я уже говорил, сознание и энергия тождественны, а любовь тождественна им. То есть любовь и сознание - это одно и то же. Чем выше состояние сознания, тем ближе вы к быть в любви. Это не есть межличностная любовь, это - бытие-любовь. Когда я люблю кого-то или я в кого-то влюблен, - происходит следующее - я говорю: "Она зажигает меня, я люблю ее". Другими словами, она для меня есть не что иное, как суперстимул, приводящий в движение мой внутренний ответный механизм. Обычно об этом говорится словами: "Она меня зажигает". И зажигает то место во мне, которое есть любовь. И тогда я переживаю то, что называется "любить". Я говорю: "Я люблю ее", - то есть я люблю то место во мне, которое есть любовь. Вот обычная модель западного человека в отношении "любить
И только тогда, когда вы начинаете понимать, что если вы и я действительно любим (если я буду в том месте в себе, которое есть любовь, а вы будете в таком же месте в вас), мы будем вместе в любви. И тогда мы поймем, что любить - это разделить общее для нас обоих состояние. Оно существует в вас, и оно существует во мне. Просветленное существо отличается от обычного человека тем, что оно изменило природу любимого от определенного избранного объекта ко всему вообще. И мы можем сказать, что просветленный человек любит всю вселенную в том смысле, что все в этой вселенной обращает его к тому месту в нем, в котором он есть любовь и сознание.

В Индии люди, встретившись, вместо "здравствуйте" и "до свидания" говорят то, что напоминает человеку о том, кто он есть. Они говорят: "Я почитаю Атмана, который внутри тебя. я почитаю свет, который внутри тебя". Это означает, что человек воспринимает в другом человеке то место, в котором МЫ ЕСТЬ, то, что находится за пределом всех индивидуальных различий. Слово, которое там произносят, - Намастэ. На-Ма-Стэ. Так же и я, заканчиваю эту беседу словом Намастэ.".

позвольте мне поиграть с вами в маленькую игру. Делайте то, что я буду говорить. В эту игру я обычно играю периодами по десять дней, шестнадцать часов каждый день. Однако, вас я прошу играть со мной всего лишь в течение пятнадцати секунд. Сфокусируйтесь на кончике носа и следите за дыханием, входящим внутрь и выходящим наружу. Пожалуйста, не следуйте за дыханием в тело и не выходите за ним в акашу, во вселенную. Наблюдайте его лишь в этой точке. Представьте себе, что вы контролер, работающий на фабрике, и ваша задача состоит в том, чтобы регистрировать въезжающие и выезжающие машины. Вот все, что вы должны делать. Сидеть и наблюдать в этой точке. Сделайте это на протяжении пятнадцати секунд. В течение этого времени не думайте ни о чем другом.

На Западе мы даже не понимаем, что значит обучить, воспитать сознание или, например, что означает развивать в себе одноточечную концентрацию. Потому что, и это не метафора, если вы сможете удержать свое сознание на одном месте в течение двенадцати секунд, вы войдете в одну из высших форм самадхи и станете одним из просветленных существ. И для этого нужно удержать свое сознание на одном месте всего лишь двенадцать секунд. Это немного! Но, в результате этой попытки, мы осознаем, что совершенно не имеем контроля над собой. А спустя несколько дней или недель вы начинаете замечать, как работает ваш ум.

Вам все это может показаться примитивным, но это не так. Это как раз то, что называется планами сознания. Вы учитесь разрушать привязанности к каналу, например, 7-му, с тем, чтобы настроиться на канал 6. Это именно то, о чем говорит мой гуру: о нашей привязанности к определенному каналу, т. е. к некоторой длине волны, к некоторой особой частоте вибраций

  Самый низший уровень игры состоит в том, чтобы отделить физическое тело от астрального.
  И если мы пойдем дальше - до кванта энергии, мы называем это квантом энергии. Мы говорим, что эти мельчайшие частицы, которые взаимно проникают вселенную, есть энергия. Но теперь, вместо того, чтобы называть их энергией, давайте назовем их сознанием и скажем, что Вселенная есть Сознание. Не самосознание, а сознание. То есть энергия и сознание - это два разных названия, в зависимости от того, откуда на это посмотреть.

  он узнал о селезенке моей матери, потому что в этот момент был селезенкой моей матери. Он не знал, что он знал о селезенке в тот момент, и он не знал об этом за минуту раньше до того, как сказать, но из всех существующих возможностей во вселенной к нему пришла та вещь, которая была нужна мне в тот момент моей жизни.

И это то, ради чего были созданы религия, наука и философия: они пытаются, каждая, найти свой способ выхода в такое пространство, в котором человек не привязан к разделенности. Это как раз то, что в религиозных традициях называется "жить в Духе". Когда вы находитесь в гармонии со вселенной, вы видите то, что мешает вам все время жить в Духе. Это может звучать неправдоподобно, но это так: истинную силу нельзя иметь, ею можно только быть

Все психодинамические аспекты, которые мы называем романтической поэзией и т. п. и- сознательной любви - когда вы входите в такое пространство, в котором вы становитесь любовью. Не любите (глагол), а вы есть любовь. Окружающие люди (конечно, если они открыты) чувствуют эти вибрации... Когда вы говорите: "Я влюблен в кого-то, я люблю так-то и так-то", - в действительности же вы этим самым говорите следующее: "Он или она являются ключом-стимулом, приводящим мой внутренний механизм в такое место, где я есть любовь". В действительности, если я живу в таком месте, где я есть любовь, всякий, кого я вижу, является моим возлюбленным. И для этого ничего не требуется от человека, ничего не нужно специально делать. Мы все здесь в любви. Когда, будучи в таком состоянии, вы встречаете кого-то, то настолько, насколько этот человек готов, он будет резонировать с вами в этом месте. Это напоминает гармонический резонанс: оба резонируют в том месте, которое есть у каждого человека, но обычно занавешено очень сильной паранойей. В этом месте каждый есть любовь, не он "любит", а он "есть любовь". Вдруг мы очутились в океане любви, которая носит название Христовой любви. Эта любовь свободна от обладания. Что я буду коллекционировать? Ваше тело? Вряд ли это возможно. Может, я буду коллекционировать вас во времени и пространстве? Такой нужды у меня тоже нет, поскольку я сам есть время и пространство. Часть той иллюзии, в которой мы родились, является результирующей отрицательных "захватов", которые становятся частью нашей эго-структуры, и которые приводят нас к захвату самих себя. И тогда мы не способны уважать и вкушать нашу божественность, нашу собственную красоту, нашу собственную любовь, наше собственное присутствие.
Как только вы посмотрите на другого человека, сфокусировавшись именно в таком месте в себе, и позволите всей остальной чепухе быть просто чепухой, парящей рядом, тогда, по мере того, как его от этой самой чепухи станет тошнить, она начнет исчезать. Это известно под названием "феномен зеркала". Гуру, сознательное существо - это чистое зеркало для других. Это - не теория обратной связи. Это - именно зеркало. Оно пустое.

Конечно, нелегко сделать вышеупомянутые способности своими слугами. И если они - ваши хозяева, - это означает, что вы влипли, вы пойманы в ловушку. Но позади всего этого есть истинное "Я", истинное "Мы". Я - здесь. Мы - здесь. "Оно" - здесь.

Мой учитель говорил мне: "Знаешь, когда карманный вор встречает святого, единственное, что он видит - это его карманы. Он никогда не увидит его святости".

Посредством медитации или с помощью мантры можно настроиться на некоторый план, в котором вы встретите сущность, которая называется "Владыка Небес". Повстре-чав такую сущность, вы воскликнете: "О, я видел Господа^" Но Владыка Небес, Господь, - это просто другое существо, отрабатывающее свою карму на том плане реальности. И в этом круге (так случилось) он - Владыка Небес.

Итак, рай и ад - просто определенные планы реальности. Позади них находится Мысль или Закон, а позади последнего - не существует ничего. Или, другими словами, существует, но в непроявленной форме, или, еще по-другому, существует проявленное и непроявленное одновременно. Это - здесь. Не там, а здесь. На высших планах есть существа, которые рождаются в человеческой форме, потому что их работа на высших планах требует некоторой доработки, которую можно осуществить только на физическом плане. Но, в отличие от нас, рождающихся бессознательно, они принимают такое рождение сознательно. Как Иисус Христос.
Иисус - сын Бога в TQM смысле, что он - астральная сущность, принявшая физическую форму для того, чтобы сделать определенную работу. Например, нас может смущать такая вещь, как концепция непорочности. Как такое может быть? Как может человек обойтись без воды и пищи? Нам это непонятно. Поскольку мы не вмещаем в себя такие вещи, мы говорим: "Все это - только ерундовые гипотезы, они только мутят воду". И, тем не менее, существа таких планов реальности проявляются в материи, мы называем их гуру (как мой, например). Такое существо - это проход. Он не тот, кто он есть. Когда я прохожу через этот проход, я встречаю другое существо, которое может не иметь форму гуру - это может быть просто некоторое чувство или ощущение присутствия. И это, в свою очередь, будет новым проходом. Все это проходы (двери) китайского шарика - открыв одну, вы обнаруживаете другую, открыв которую, обнаруживаете третью и т.д., до тех пор, пока не откроете последнюю - и тогда вы Есть. Ты есть.

Таким образом, мой гуру - это лишь один из методов, и не нужно привязываться и повисать на гуру на физическом плане, потому что это - лишь способ, не более того, способ, аналогичный медитации, мантре, пению священных гимнов и т. п. Всего лишь - одно из путешествий. И гуру знает, что он есть не только эта физическая оболочка... В действительности же, он не знает ничего. Например, вы сидите и заняты тем, что омываете ему ноги, и вдруг вы неожиданно понимаете, что омываете лапы собаке. Его не заботит, омываете ли вы ему ноги или нет, но он все время приговаривает: "Это прекрасно, это прекрасно, что ты моешь мне ноги". Теперь вы только смотрите на него и, вдруг встречаетесь с ним в другом месте, на астральном плане.
Большинство людей застревают в том или ином плане. После смерти они "приземляются" в том плане, в который у них при жизни была склонность влипать, и продолжают там делать свою работу. Полностью сознательное существо, оставляя тело, оставляет его так, как мы делаем очередной вдох. Без какой бы то ни было мелодрамы. Он просто оставляет тело и все. Он все сделал.

Я расскажу вам вкратце, как умирал Олдос Хаксли. Он принял ЛСД. ЛСД дала ему жена. Приняв его, спустя немного времени он сказал: "Вот сейчас я не чувствую своих ног, теперь не чувствую таз..." Он медленно покидал тело, покидал его в состоянии любознательности. И это - одно из интеллектуальных путешествий. То есть, последующие миллион лет он проведет в таком пространстве, где он сможет удовлетворить свою любознательность. В некотором тонком, отличном от физического, пространстве. Потому что, в принципе, человек не должен испытывать даже любознательности, он должен сделать только следующий вдох и все. И это - то, что должен сейчас делать каждый из нас: ведь каждый миг - это миг рождения и смерти, и мы - здесь, и все отлично - что это? А теперь - что это? А это - что? Это - оптимальный способ для трансформации. Это - просто трансформация энергии, не более и не менее. Но если вы думаете, что вы - нечто большее, чем энергия, тогда вы будете бояться, потому что вы думаете, что что-то теряете.

Вот почему я считаю, что исследования в области ЛСД, проводимые здесь, являются огромным прорывом в нашей культуре. Насколько я могу судить, ЛСД помогает людям психологически умереть еще до их физической смерти. ЛСД дает возможность до некоторой степени разрушить эго. Дело в том, что наркотик заглушает желание. Желания остаются в тонкой форме, и эти тонкие формы определяют следующие воплощения. Таким образом, употребляя психоделики, вы не сокращаете свое путешествие, вы просто оптимально используете эту жизнь.
На самом деле, вы не можете вырвать, одним махом уничтожить привязанность, т. к. это - тоже привязанность. Привязанности отпадают наподобие того, как змея сбрасывает кожу - пожалуй, это наиболее удачная аналогия. Все, что вы чувствуете, переживаете, делаете - это всего лишь субъективный опыт, так как на самом деле нет никакого делателя, который что-то делал бы. Субъективный опыт делания чего-то возникает потому, что человек противопоставляет себя некоторому желанию. И нужно не очень много мудрости, чтобы понять, что вы не являетесь этим желанием. Такая мудрость мало-помалу начинает вытеснять желание. Медитация, одноточечная концентрация способствует такому вытеснению несколько больше, потому что в такие мгновения вы свободны от него.
Таким образом, оптимальная стратегия состоит в том, чтобы делать то, что вы делаете, но стараться оставаться, настолько это возможно, в состоянии свидетеля, что, в терминах механизма защиты, носит название диссоциации, разрыва ассоциативных связей. Эта диссоциация возникает не из чувства возбуждения (желание покончить с этим), - диссоциация возникает из вашего роста, поэтому она не есть механизм защиты. Просто вы находите в себе такое место, которое и есть ваше "Я".

Я подумал: "Черт побери, я все испортил. Какой же я никудышный". Затем голос внутри меня произнес: "Пей пиво, погрузись в процесс питья пива". Другими словами, во мне был голос, который не судил: его абсолютно не волновало, пью я пиво или нет, он просто наблюдал, что происходит. Это - не судья, это - абсолютно бесстрастный свидетель. Это - не суперэго. Он никогда не скажет: "Ты никогда не станешь хорошим йогом, потому что ты плох". Вместо всего такого он говорит: "Ты есть. Есть то, есть то и то". По мере того, как в вас развивается такая мудрость, вы начинаете проводить все большее и большее количество времени именно в этой части себя. И тогда вы начинаете говорить такие вещи: "А, вот желание достижения, а вот - желание власти, а вот еще такое-то желание..." Это похоже на вспышку подсознания. Человек делает что-то, исходя из желания, которое его в этот момент поглощает. И когда он это делает, бывает, наступает такой момент, когда он видит то, что он делает. Обычно такой момент сопряжен с осуждением. Но когда появляется свидетель, который свидетельствует вашего судью, тогда вы начинаете проходить эти маленькие вспышки подсознания, которые возникают одновременно с вашими желаниями. Желания еще продолжают существовать, так как вы не можете их остановить, - в этих желаниях еще много силы.

ГЛУБОКИЕ ЖЕЛАНИЯ, СВЯЗАННЫЕ С ВЫЖИВАНИЕМ И ПРОДОЛЖЕНИЕМ РОДА

Одни желания - более сильные, другие - менее. Пожалуй, самые сильные желания - желания, связанные с выживаемостью и воспроизводством вида: секс, пища, и т.п. Они, действительно, очень глубоки и сильны. Но в вас уже все больше и больше развивается этот Свидетель, все больше и больше происходят вспышки подсознания. Сначала свидетель приходит один раз из десяти, потом - два, а потом - все чаще и чаще. Например, сейчас, находясь внутри себя, я наблюдаю свое говорение, а также ваше слушание, не отождествляясь при этом ни с оратором, ни со слушателями. Процесс протекает, а я лишь наблюдаю его, аналогично тому, как если бы кто-то сейчас вошел, сел и подумал: "Хорошо, я послушаю его, но не буду верить ничему, что он скажет". Находясь в таком месте в себе вы вскоре начинаете видеть происходящее - вот приоткрывается рот - Как интересно! - потом видите улыбку. Пока в вас есть эго, вы можете сказать себе: смотри, наблюдай. (Щелчок пальцев.) Посмотри-ка, вон еще что-то. И когда вы видите это, и видите свою реакцию на это, вы видите и то, и другое, и говорите себе - Хорошо, так устроена вселенная. Такова природа, так она действует.
В стоящей перед вами личности до сих пор есть некая часть, желающая, чтобы ее любили. Она не есть то, кем я являюсь, и все же эта персона живет своей собственной жизнью, совершает свое путешествие. По мере того, как вы становитесь все больше и больше свидетелем, вы все меньше и меньше подпитываете эти свои аспекты.
В буддизме существует медитация употребления пищи. Она может показаться вам невероятной. Вы ставите перед собой пищу. Протягивая руку с ложкой, вы говорите - "Тяни, тяни." (Каждая фраза повторяется дважды) - "Поднимай, поднимай", - "Клади в рот, клади в рот", - "Вкушай, вкушай", - "Жуй, жуй", - "Глотай, глотай", - "Переваривай, переваривай", - "Тяни, тяни", - "Поднимай, поднимай". - Я понимаю, что гурманам не очень-то понравится такая вещь. Но если вы попытаетесь делать это на протяжении, например, года, ваше отношение к еде абсолютно изменится, уверяю вас.

. Дело в том, что все мы занимаемся насилием, мы насилуем все, а не даем всему быть как оно есть. Но когда мы по-другому смотрим на это, мы, действительно готовы как можно быстрее предоставить всему возможность быть так, как оно есть. Так мы поступаем по отношению к определенным желаниям. Но по отношению к другим продолжаем пытаться урвать что-то, потому что думаем, что можем получить от них нечто ценное. В частности, к ним относится секс, пища и т. п. ерунда. Чтобы вывести все это в сознание, нужно заострить внимание на них, а это значит засвидетельствовать их, т.е., окружить их некоторым количеством субстанции Свидетеля - вот способ работы с желаниями. Тогда, поскольку они готовы, а также поскольку вы уже стали немного мудрее, ваш ум стал немного спокойнее, и чистота глубже, - желание истощается. Оно продолжает все больше и больше чахнуть.

ЖЕЛАНИЯ

Желание получить просветление - это по-прежнему желание чего-то. Но постепенно вы начинаете прикасаться к таким местам в себе, которые находятся вне вашего образа самого себя. Понемногу вы начинаете пробуждаться, блаженство становится более интенсивным, понимание тоже становится более интенсивным, но так же растет и жажда пробуждения. Жажда эта и есть то желание, которое заканчивает цепочку всех желаний. Теперь, оставшись только с ним, вы понимаете, что это желание просветления и есть то, что удерживает вас от просветления. И тогда, чтобы получить просветление, вы должны оставить желание просветления. В действительности это означает умереть. Это психологическая смерть, потому что последнее желание является последним образом самого себя. Но закон состоит в том, что тот, кто вы есть, не может войти в дверь. Вы можете дойти до двери, можете стучать, но не можете войти. Говорится - "оно" может войти, "вы" не можете. Ему говорят: "Желание должно выйти отсюда. Простите, но оставьте свою обувь за дверью. Теперь вы можете войти". - Именно в этой точке желание отпадает. Я ничего не могу сделать с этим. Единственное, что я могу - это жить как можно более сознательно, быть как можно более открытым и честным. Это более всего соответствует: "Это есть. Что теперь?" Я даже не могу стараться быть сознательным, потому что такое старание тоже - бессознательность. Поэтому я теперь не стараюсь, я просто есть.
И тогда я прекратил медитировать, и теперь, временами, медитация приходит ко мне сама. Медитация случается со мной. Теперь в большей степени жизнь случается со мной - гораздо чаще, чем я пытаюсь, чтобы она (жизнь) со мной случилась.

ВНЕ ДВОЙСТВЕННОСТИ

И здесь вы начинаете давать возможность всему случаться. Когда приходит опыт, вы просто наблюдаете его и позволяете ему пройти. В конце концов вы становитесь мертвыми к мирской жизни, однако вы по-прежнему полны жизни так, как жива вода. Вы просто делаете свое дело, но теперь вы не озабочены накоплением. Теперь вы не являетесь тем, кто переживает опыт, накапливает его. Конечно, может показаться ужасным то, что я умер, что я сижу на собственных похоронах, присутствую на собственной смерти. Но именно так выглядит процесс, через который я прохожу. Я становлюсь все более чистым инструментом. Чем меньше я, тем больше он, чем оптимальнее работает он, тем меньше я беспокоюсь о нем, тем меньше я пытаюсь править им, чтобы он был кем-то...
Это аналогично тому, как если бы вы хотели совершенного любимого и, наконец, нашли бы такого, но вам трудно было бы с ним слиться, потому что здесь уже не было любимого. Не было бы ни любимого, ни любящего. И здесь вы выходите за пределы двойственности. Переживающий опыт, желающий чего-то, блаженствующий и т.д. - все это лежит в двойственности. Вне двойственности вы - никто, и нет ничего. Есть лишь чистый инструмент. В этом и состоит истинный отказ: "Не моя воля, но Твоя". Другими словами, - умирать в служении, или быть инструментом Бога. Вы передаете все в руки Бога, независимо от того, собираетесь ли вы жить или умирать, служить или не служить, и вы не решаете для себя, что лучше.

http://s5.uploads.ru/mnFrt.jpg

0

19

Уилбер - Краткая история всего.

Книга популярного философа Кена Уилбера посвящена всей истории Земли: от Большого взрыва до постмодернистского настоящего. Автор описывает путь эволюции человеческого сознания систематично и всесторонне в доступной форме диалога.


Полностью - тут:
http://naturalworld.ru/kniga_kratkaya-i … -vsego.htm

http://s43.radikal.ru/i099/1305/39/af78d61dfc14.jpg

Только успешно проходя через каждую стадию эволюции, считает Уилбер, возможно сначала развить здоровое чувство индивидуальности, а затем испытать опыт более высоких состояний, которые превышают личность человека и включают ее в себя.

Свернутый текст

Путь восхождения полностью трансцендентен и потусторонен. Это пуританизм, аскетизм, йога, и для данного пути характерно обесценивать или даже отрицать тело, чувства, сексуальность, Землю, плоть. Его представители ищут истину и Божественное в ином мире; они считают явления или сансару злом или иллюзией; они стремятся полностью выйти из этого круга. Для представителей Восходящего пути любые Нисходящие пути кажутся иллюзией или даже злом. Восходящий путь прославляет Единое, а не Множественное; Пустоту, а не Формы; Небеса, а не Землю.
Нисходящий путь говорит совершенно о противоположном. Он до самого основания своего мирской, он прославляет Множественное, а не Единое. Он почитает Землю, тело, чувства и часто сексуальность. Он даже отождествляет Дух с чувственным миром, с Геей, с явлениями, и видит в каждом восходе солнца и луны все Духовное, что когда-либо потребуется человеку. Он абсолютно имманентен и презирает все трансцендентное. На самом деле, для представителей Нисходящего пути любая форма трансцендентного считается мифом.

Случайность не объясняет происхождение мира, случайность — это то, с чем борется мир, с чем борется самопреодоление Космоса.

самопреодоление встроено во Вселенную, или, как вы это говорите, самопреодоление является одной из характеристик холонов.
. Это формирующий импульс, телос, существующий Космосе. У него есть направление. Он движется куда-то. Его основой является Пустота; его движущая сила — организация форм во все более сложные холоны. Пустота, творчество, холоны.
Творчество, а не случай, создает Космос. Но из этого не следует, что его можно отождествлять с определенными представлениями о Боге. Именно поэтому я предпочитаю термин «Пустота», который означает также отсутствие каких-то качеств.
Самый простой факт: Дух (или Пустота) безграничен, но он не бездеятелен, не инертен, он проявляет себя через возникновение новых форм, и эта творческая способность является высшей. Пустота, творчество, холоны.

Спектр сознания

Все эти научные описания вообще-то можно обобщить так: основное направление эволюции — увеличение глубины. Это космическая сила самопреодоления — выходить за пределы того, что было прежде, и включать в себя то, что было прежде, увеличивая, таким образом, свою собственную глубину.
«Чем больше глубина холона, тем больше его степень сознания».
: Да. Сознание и глубина синонимичны. Существует спектр глубины, спектр сознания. И эволюция раскрывает этот спектр. Сознание развивается все дальше, все больше осознает себя и все больше себя проявляет. Дух, сознание, глубина — так много слов для одной и той же вещи.

В: Значит, поскольку глубина есть всюду, сознание тоже есть повсюду?
КУ: Сознание — это просто то, как глубина выглядит изнутри. Поэтому да, глубина есть всюду, сознание тоже есть повсюду и Дух также есть всюду. И когда глубина увеличивается, сознание все более и более пробуждается, все более и более раскрывает духовное измерение. Сказать, что эволюция порождает все большую глубину, то же самое, что просто сказать, что она все больше раскрывает сознание и охватывает сознанием предыдущие стадии.

КУ: Дух раскрывается с каждым новым преобразованием и одновременно охватывает старый уровень своего собственного существования и переходит на новую стадию. Превосходит и включает в себя, раскрывает и охватывает, создает и любит, Эрос и Агапе — это различные способы сказать одно и то же. Мы можем очень Просто обобщить все это: эволюция выходит за пределы того, что было прежде, и включает в себя то, что было прежде, сама ее природа заключается в преодолении и включении. Таким образом, у нее есть внутреннее направление, тайный импульс: увеличение глубины, рост внутренней ценности, развитие сознания. Чтобы вообще двигаться вперед, эволюция должна двигаться по этим правилам — ей больше некуда идти!

Я верю, что мы должны пробудиться как часть этого Духа. Сам Дух в нас должен осознать себя, или просветлиться, как сказали бы некоторые, стать сверхсознанием. Глубина увеличивается от подсознания через самосознание к сверхсознанию, этот путь ведет к ошеломляющему признанию полного единства с сияющим Всем и осознанию себя этим Единством.

Что же вы думаете, по-вашему, это безумие? Не правда ли, все мистики и мудрецы безумны? Потому что они все рассказывают разные варианты одной и той же истории, не так ли? Истории пробуждения одним чудесным утром и понимания, что вы — одно целое со Всем, и это единство бесконечно и вечно.
Да, возможно, они и являются сумасшедшими, эти божественные чудаки. Возможно, они просто слепые идиоты перед лицом Бездны.
Но я думаю, что развитие эволюции действительно идет от материи через тело и душу к духу, и каждая стадия превосходит предыдущую, обретая большую глубину, более сильное сознание и более широкий охват. И на самых высоких пределах развития, возможно, сознание человека действительно касается бесконечности — полный охват полного Космоса, космическое Сознание, или Дух, пробужденный в своей собственной истинной природе.

Это, по крайней мере, возможно. И скажите мне: разве вы считаете, что истории, рассказываемые мистиками и мудрецами во всем мире, более безумны, чем история научного материализма, и вся их единственно возможная последовательность, о которой мы говорили, не более чем рассказ идиота, полный слов и эмоций, но не означающий абсолютно ничего? Прислушайтесь к себе внимательно: какая из этих двух историй, на самом деле, кажется вам полным безумием?

Я скажу вам, что я думаю по этому поводу. Я думаю, что мудрецы — это и есть вершина эволюционного развития. Я думаю, что они — лидеры движения самопреодоления, которые всегда выходят за пределы того, что было прежде. Я думаю, что они воплощают в себе само стремление Космоса к большей глубине и более Широкому сознанию. Я думаю, что они представляют собой луч света, мчащийся на свидание с Богом.
И я думаю, что они указывают на ту же самую глубину в вас и во мне, во всех нас. Я думаю, что они включены в Единое, и их голосами говорит Космос, через их глаза сияет Дух. И я думаю, что они раскрывают нам облик завтрашнего дня. Они открывают нам нашу собственную судьбу, которая также существует уже сейчас, в безвременности этого самого момента. В этом удивительном понимании голос мудреца становится вашим голосом, глаза мудреца становятся вашими глазами, вы начинаете говорить на языке ангелов и гореть божественным светом, который сиял всегда и никогда не гас. Вы узнаете ваше истинное Лицо в зеркале самого Космоса: ваша личность действительно есть Все, и вы больше не часть этого потока, вы — сам поток, и Все раскрывается не вокруг вас, а внутри вас. Звезды сияют уже не там, а здесь. Новые звезды возникают в глубине вашего сердца, а солнце сияет в вашем сознании. Поскольку вы превзошли все, вы можете охватить все. Здесь нет никакого завершенного Целого, есть только бесконечный процесс, и вы — открытость, или ясность, или чистая Пустота, в которой непрерывно раскрываются все процессы — божественно, чудесно, постоянно и легко.

Вся игра закончена, этот кошмар эволюции прекратился, и вы находитесь точно там же, где и были до начала шоу. С внезапным шоком от совершенно очевидного, вы узнаете ваше собственное Подлинное Лицо, лицо, которое у вас было до Большого взрыва, лицо полной Пустоты, которое улыбается как все существа и поет как целый Космос. И все это исчезает в изначальном взгляде, остается только улыбка и отражение луны в тихом пруду в кристально ясную ночь.

Гегель считал, что мы должны воспринимать мысль не просто как отражение действительности, но как внутреннее движение этой самой действительности. Мысль — это действие того, кто стремится познать, и поэтому не может быть простым отражением чего-то, не связанного с «я».
Проще говоря, мысль — самостоятельное действие того, кто стремится знать. Нет карты с одной стороны и территории с другой, это уже надоевший всем картезианский дуализм. Скорее карта является проявлением территории, которую субъект пробует нанести на карту.

на значительно более глубоком уровне сама мысль не может отклониться от течений Космоса, потому что мысль является продуктом и работой космических потоков.  В Дзэне есть высказывание: «То Дао, которому можно не следовать, — не истинное Дао». Другими словами, наше знание, до некоторой степени, действительно связано с исправлением неточных карт; но, кроме того, на гораздо более глубоком уровне, существует Дао, Путь, Течение Космоса, от которого мы никогда не сможем отойти. И часть нашей работы заключается в том, чтобы найти этот более глубокий Поток, это Дао, и выразить его, объяснить его и почувствовать блаженство осознания.
над миром вскоре встанет новое Солнце, которое во многом сильнее разума...

Ваш мозг напоминает большой разрезанный грейпфрут. Но ваш разум совсем его не напоминает. Ваш разум выглядит как ваше непосредственное восприятие мира здесь и сейчас — изображения, импульсы, мысли.

Следуя этими путями истины, мы включаемся в потоки Космоса, мы становимся частью потоков, которые выносят нас за пределы нашей личности, за пределы нашего существа и вынуждают нас все более сдерживать свои эгоистические претензии по мере того, как мы опускаемся все глубже, к более глубоким истинам. От гармонии к искуплению и единству: до тех пор, пока внезапно мы не осознаем наше собственное подлинное Лицо, которое улыбалось нам в каждом условии истинности, которое все время мягко, но настойчиво шептало нам: пожалуйста, помни истину, пожалуйста, помни добро и, пожалуйста, помни прекрасное.
Эти шепчущие из каждого угла Космоса голоса говорят нам: позвольте истине, правде, совершенству и красоте сиять светом пронзительной Пустоты, которая никогда не покидает и никогда не может нас покинуть.

Когда вы полностью правдивы по отношению к себе самому, вы постепенно осознаете и признаете, что вы есть Будда, вы — Дух. Самые глубокие прорывы вашего сознания связывают вас непосредственно с Духом, с высшим сознанием. «Не я живу, Христос живет во мне» — это то же самое, что сказать: мое высшее «я» является Христом. Это просто ощущение бесконечности, которое вы познаете в себе и признаете, — вы предельно правдивы по отношению к себе, когда заявляете: «Я есть Будда», высшая Красота.

И полная объективная истина заключается в том, что все существа являются совершенными проявлениями Духа, или Пустоты, мы все есть лишь проявления высшего «Это», или Дхармы. Это и является окончательной Истиной.

0

20

Кен Уилбер - Пути за пределы «эго» в ближайшие десятилетия.

Полностью - тут:
http://naturalworld.ru/article_puti-za- … ya-ken.htm

http://savepic.org/7149078.jpg

Свернутый текст

Я полагаю, что некоторые направления развития трансперсональной теории будут особенно важны в приближающееся десятилетие. Это исследование соотношения состояний сознания и структур сознания; кросс-культурные исследования путей и паттернов созерцания; вопрос о месте трансперсонального движения в контексте постмодернизма; пересмотр мировой философии, религии и психологии с точки зрения трансперсональной ориентации; вопрос о различных «разрывах с нормальностью» (например, соотношение между психозом и мистицизмом); чрезвычайно трудная проблема отношения психики и тела (или ума); продолжение картографирования спектра развития сознания в обычном, созерцательном и патологическом аспектах; отношение общей трансперсональной психологии к концепции Юнга; разработка теоретических представлений о связи «маргинальных групп» (к которым относится трансперсональное движение) с главными импульсами мирового развития и технологического прогресса; отношение трансперсональной области к трем «иным» (недооцениваемым в великих мировых традициях) областям — телу, природе и женщине; отношение природы и Духа; соотношение общей теории и индивидуальной практики и, наконец, продолжение разработки «большой», обобщающей теории, стремящейся к целостному представлению трансперсональной сферы, описываемой в различных «общепринятых» дисциплинах — антропологии, медицине, экологии, экономике и гуманитарных науках.

Состояния и структуры

Трансперсональные исследования опираются в основном на две парадигмы: измененные состояния сознания и развивающиеся структуры сознания.
Обе эти парадигмы имеют свою архетипическую репрезентацию в Веданте, где проводится различение и соотнесение пяти основных оболочек, или структур (коша) сознания (материя, тело, ум, высший ум, коллективный ум), и трех основных состояний, или тел сознания (грубого, тонкого и причинного, переживаемых в опыте как бодрствующее состояние, сон и состояние глубокого сна без сновидений). Веданта утверждает, что определенное состояние сознания может поддерживать несколько различных структур.
Ауробиндо добавляет к этому утверждение, что структуры, в отличие от состояний, могут развиваться. Например, младенец имеет доступ ко всем трем основным состояниям — бодрствования, сна и глубокого сна, — но его доступ к структурам ограничен лишь низшими структурами грубой области, поскольку высшие структуры еще не развились.
До сих пор проблеме интеграции этих парадигм уделялось мало внимания, и во многих отношениях они кажутся несовместимыми. Структуры кумулятивны и интегративны, состояния дискретны и исключают друг друга. Я полагаю, что ответ будет состоять в том, что развивающиеся структуры являются постоянным развертыванием, актуализацией или устойчивым проявлением того, что лишь временно переживается в качестве измененных состояний. В той мере, в какой временные и дискретные состояния становятся актуализированными и непреходящими, они должны войти в поток развития и «подчиниться» его паттернам. Картография и объяснение этих трансформаций стали бы одним из мощнейших прорывов в трансперсональных исследованиях.

Кросс-культурные исследования практик созерцания
В этой области начата серьезная работа, которая ожидает своего продолжения. Особенно важны точные феноменологические описания структур или состояний созерцания (при всех трудностях описания реальностей часто находящихся за пределами возможностей языка). 

Место трансперсональных исследований в более широком контексте постмодернизма

В постмодернистских гуманитарных исследованиях можно выделить четыре основных течения: классический просветительский гуманизм, деконструкционистское «антимышление» (Деррида), «критический интерпретивизм» (Фуко) и «коммуникативная этика» (Хабермас).
Просветительский гуманизм характеризует вера в способность технологической рациональности обнаружить всю и всяческую «истину», какая только может быть и которая достойна быть познанной, и в способность такого рода рациональной истины сделать людей свободными лично и политически. Как бы ни были благородны эти надежды, исторически они вырождаются в «разочарованное» и фрагментированное мировоззрение, в котором искусство, мораль и наука радикально отделены друг от друга и от жизни людей и в котором преобладает слепая вера в то, что технологическая рациональность может разрешить возникающие из-за этого дилеммы.
Как реакция на это фрагментированное и весьма ограниченное мировоззрение (традиционный модернизм и гуманизм) возникли три широких постмодернистских движения: деконструкционизм Жака Дерриды, неоструктурализм Мишеля Фуко и универсальная прагматика Юргена Хабермаса. Их объединяет критика инструментальной рациональности и изолированного, автономного «эго» как основы гуманизма. Они полагают, что истина имеет историческую и лингвистическую локализацию, что она не вечна, и проявляют значительный интерес к этическому действию в мире, для которого уже не могут быть основанием механически-рациональные и позитивистские притязания на истинность.

Деконструкционизм стремится показать, что лингвистическая рациональность (логоцентризм), характерная для большей части западной философии и цивилизации вообще, внутренне противоречива: она подрывает собственные позиции, когда обращается к самой себе (например, критерий эмпирической истинности сам не эмпиричен). Утверждается, что деконструкция логоцентризма открывает новые пути за пределы устойчиво-дуалистической рациональности.
Фуко рассматривает знание как структуры власти и показывает, что различные мировоззрения, или эпистемы, внезапно появляются в историческом развертывании культур. Как и деконструкционизм, это подрывает традиционное рационально-гуманистические представление о мире, истине и этике.
Юрген Хабермас, которого многие считают величайшим из ныне живущих философов, предпринял попытку продвижения за пределы инструментальной рациональности, а также изолированного и автономного «эго» посредством построения коммуникативной этики, то есть путей понимания людьми друг друга в сообществе взаимного обмена и взаимного уважения.

Все три постмодернистские движения по сути являются преодолением позиции «эго». Нередко они в своих программах даже явно говорят о смерти философии «эго», или субъективной философии. Однако, хотя все это весьма обнадеживает с точки зрения трансперсональных представлений, смерть «эго», о которой они говорят, не означает перехода к подлинно трансперсональному измерению. Это переход от узкого, инструментального, рационально-эгоического мировоззрения к многомерному, системному, органическому, относительному и социально укорененному тело-разуму. (Я назвал это сетевой логикой и «кентавричностью», по-прежнему обладающей ощущением отдельного «я», но все же ушедшей от прежнего «эго». Постмодернизм «движется в правильном направлении».)

Однако все постмодернистские движения содержат эксплицитную критику любого рода мистического трансцендентализма, чистого присутствия или трансисторической реальности. Таким образом, важной темой предстоящего десятилетия должен стать вопрос, каково место трансперсональных исследований в этих подходах и чем могут трансперсональные исследования ответить на их острую критику. Я полагаю, что все эти постмодернистские теории уже содержат в себе скрытый трансцендентализм (Божественное проскальзывает в их теории там, куда они не смотрят). Это нуждается лишь в выявлении, чтобы они сами могли оказаться в спектре трансперсонального движения. Иными словами, деконструкционизм может быть деконструктивирован (в духе Нагарджуны), а Фуко помещен в собственную эпистему. Даже Хабермас оставляет открытым вопрос о существовании более высоких, еще не достигнутых стадий развития, что как раз является местом для развертывания трансперсональных исследований. С точки зрения привычных академических представлений гуманитариев это может быть теплицей для выращивания новых теоретических представлений.

Пересмотр мировой философии с трансперсональной точки зрения

Современные западные интеллектуалы принимают как само собой разумеющееся, что трансцендентное — это просто повествование или идеология, и, таким образом, историю нужно понимать как смену идеологий, в основе которых относительная их узаконенность определенными (также сменящими друг друга и относительными) культурами.
Но что, если нечто трансцендентное в действительности является непосредственным опытом и прямым обнаружением чего-то такого, что само по себе каким-то существенным образом является, несмотря на опосредование языком, экстралингвистическим и кросс-культурным? Алмаз разрежет стекло независимо от того, какие слова мы употребим для обозначения алмаза, разрезания и стекла, а душа может иметь опыт Бога, независимо от того, какими словами мы назовем «душу», «опыт» и «Бога».
История, таким образом, должна быть заново понята как хроника роста и аккумуляции истинного трансцендентального опыта, отфильтрованного различными идеологиями, но не сводимого к еще одной идеологии среди многих других. Это должно в корне изменить наши представления о потенциале человека и возможностях Божественного и указать развитию духовных знаний место в ряду других научных достижений.

Соотношение между психозом и мистицизмом

Эта всегда привлекающая внимание тема важна не сама по себе, а в связи с некоторыми действительно важными и взаимосвязанными темами: способность к творчеству и сумасшествие, норма и маргинальность, ординарные и экстраординарные возможности, срывы и прорывы личности. К этому имеет отношение важная область духовных опасностей. Во многих случаях диагноз психотического срыва в действительности является непониманием того, что человек находится в духовной опасности, а детали подобных кризисов безусловно нуждаются в дальнейших исследованиях (не говоря уже о взаимосвязях между духовностью и алкогольной или наркотической зависимостью, депрессией, тревогой и пр.). Совершенно очевидно, что эта тема связана с тем, как мы понимаем «бессознательное» (называя это демонами, богами, инфрарациональным, сверхрациональным и т. п.). Развертывание картографии и концептуализация бессознательного — одна из наиболее важных и плодотворных областей трансперсональных исследований в предстоящее десятилетие.

Соотношение между состояниями психики и состояниями ума

Этот извечный вопрос в большей степени касается трансперсональных исследований, чем других областей, по той простой причине, что «разделение» или «пропасть» между состояниями ума и состояниями психики (внешней материи и внутреннего осознания) здесь больше. В конце концов, некоторые трансперсональные переживания позволяют постичь, что сознание первичнее любого проявления, что оно вечно и безвременно. Как же это «вечное сознание» относится к совершенно «конечному» и «временному» мозгу?
Я полагаю, что данная проблема не может быть решена с помощью материалистического подхода и что следует отстаивать и углубленно изучать последовательный идеализм постмодернистского толка. Эта задача сегодня облегчается всеобщим согласием с идеей Большого взрыва, что сделало идеалистами практически всех, кто об этом думает. В конце концов, что существовало до Большого взрыва? Поскольку первые элементарные частицы, по-видимому, подчиняются математическим законам и поскольку эти законы не «развиваются», не существовали ли они каким-то образом до Большого взрыва? Не существовали ли определенного рода платоновские «архетипы» до эволюции, в дополнение к тем «архетипам», которые сами могли развиться? И не могут ли некоторые трансперсональные переживания быть опытом этих объективных реальных сущностей, уайтхедовских «вечных объектов»? Не является ли дзенское Первоначальное лицо — ваше собственное Истинное Я — Лицом, которое вы имели до Большого взрыва?
Как бы то ни было, эту тему невозможно обойти. По всей видимости, безобидный для трансперсональной области вопрос о соотношении разума (сознания) и тела (материи) — это в действительности предельный вопрос об отношении Пустоты к Форме, непроявленного и проявленному.

Как соотносятся различные состояния сознания и материально-физиологические состояния психики?

Говоря более конкретно, как соотносятся актуальные состояния и структуры сознания со специфическими паттернами мозговых волн? Первоначально исследования в этой области сосредоточивались на основных состояниях сознания и их корреляции с явными паттернами мозговых волн и других показателей. Было обнаружено, что некоторые медитативные состояния связаны с возрастанием альфа/тета-активности или глубоких дельта-паттернов и т. д.
Я полагаю, что значительный прорыв произойдет в связи с возможностью электронной индукции паттернов мозговых волн, соответствующих медитации (например, глубоких тета— или дельта-паттернов), когда приборы, необходимые для этих целей, получат коммерческое распространение. Я не думаю, чтобы кто-нибудь обрел таким образом «просветление», поскольку мозг и психика не просто тождественны, а просветление относится к области психики (сознания), но не мозга, какие бы изменения в нем ни происходили.
Я полагаю, исследования покажут, что определенные состояния мозга с большей легкостью, чем другие, «допускают» определенные состояния психики, но не определяют их. Человек может даже приобрести некоторый «вкус» трансперсонального посредством электронной индукции, подобно тому, как можно получить этот «вкус» с помощью психоделиков. Однако без внутренней когнитивной трансформации состояние исчезнет, не превратившись в структуру.
Отношение сознания и психики будет одной из основных областей анализа, объединяющихся с психоделическими исследованиями как важным средством разрешения психофизической проблемы. В то же время электронная индукция состояний мозга, возможно, станет одним из наиболее распространенных современных источников трансперсональных переживаний для обычного человека, и благодаря этому трансперсональное проникнет в медицину, педагогику и психиатрию, подобно тому как йога получила признание ученых лишь после того, как была клинически связана с биологической обратной связью.

Продолжение картографирования спектра развития сознания в обычных, созерцательных и патологических реальностях

Эта важнейшая задача становится еще более настоятельной в связи с необходимостью прояснить отношение между структурами и состояниями сознания. Если трансперсональные, или созерцательные, стадии и структуры сознания обладают определенными патологиями (а я полагаю, что так оно и есть), то картографирование этих патологий представляется крайне важным. Столь же важной представляется задача картографирования и прояснения трансперсональных стадий морального развития, познания, мотивации, мировоззрения и аффектов.
Трансперсональное изучение развития сознания продолжает быть наиболее многообещающей и важной областью исследований. В отличие от состояний сознания, временных и разбросанных, стадии, или структуры, сознания могут изучаться в рамках реконструктивной науки (в которых работали Пиаже, Джиллиган, Кольберг, Хабермас, Хомский и даже Фрейд). Реконструктивная наука не постулирует существование структур априори, чисто теоретически, а изучает индивидов, которые продемонстрировали компетентность в определенной области (лингвистической, когнитивной, моральной или созерцательной), а затем, постфактум, реконструирует компоненты и стадии развития, приводящие к этой компетенции. В этом смысле Будда просто восстановил шаги, которые он проделал для достижения просветления, и представил их с точки зрения реконструктивной науки, которая может подвергнуться проверке и верификации — или отрицанию — группой экспериментаторов. Реконструктивная наука не испытывает трудностей априорной метафизики, более того, ее утверждения могут быть подвергнуты не-верификации, так называемому «критерию возможности ошибочности».
То, что трансперсональная психология развития сознания является реконструктивной наукой, означает, что она открыта «критерию озможности ошибочности» любой истинной науки. В данный момент это самый убедительный аргумент, который трансперсональный подход может предъявить общепринятым представлениям.

Отредактировано Соня (Воскресенье, 10 мая, 2015г. 02:27)

0